Лоуренс Стерн, подружившись во время своего путешествия по Франции, среди прочих местных светочей Просвещения, с Кребийоном-сыном, — писал из Парижа Гаррику:

"Кребийон заключил со мной договор, который, если только он не поленится, может оказаться неплохой persiflage: [...] он пообещал написать мне гневное письмо о неблагопристойности Т. Шенди, на которое я, в свою очередь, должен ответить не менее резкой отповедью с критикой вольностей в его сочинениях. Сей обмен мнениями — Кребийон против Стерна — мы договорились напечатать под одной обложкой, брошюру продать, а деньги разделить поровну".

Насколько я понимаю, эта брошюра так и не появилась; вероятно, Кребийон таки "поленился".
Но что за прелесть эта расчётливая дружба между вдохновенными острословами: с одной стороны — королевским цензором (в прошлом — зэком и порнографом), с другой — взбалмошным провинциальным пастором.
(И будут неправы и те, кто решит, что выгода остроте помеха, и те, кто подумает, что первая второй цель.)