Как многие здесь, возможно, знают, я не верю в то, что, например, кино (как и любое другое искусство) возможно разделить на категории сообразно природному происхождению автора. Кино не бывает "снятым мужчинами" или "снятым женщинами", как не бывает снятым черно- или бледнокожими, брюнетами или блондинами, коротышками или верзилами, голубо- или кареглазыми. Я почти уверен, что все эти характеристики могут довольно сильно влиять на поведение и картину мира авторов. Просто в кино это не отражается. Иначе оно не было бы искусством.
Но есть одна характеристика, подумалось мне, которую совсем-совсем недооценивают, а зря. И которая очень сильно влияет и на внутреннее устройство человека, и — скорее всего — на то, какими получаются его фильмы, картины, а может, даже и стихи или сонаты.
Это то, выходили окна дома, где он вырос, на улицу или во двор.
Продолжалась ли камерность оконной рамы в камерность кубатуры двора — или тут же осекалась стеклом, распахиваясь далее в текущий мимо поток людей и машин.
Останавливало заоконное пространство время того, кто глядел в окно, пока рос, — или оно его длило.
У меня, если что, окна во двор.