Однако, когда вспыхивали реальные межэтнические конфликты, его практические советы подталкивали людей к отказу от сопротивления. В результате возникала этическая ловушка: насилие агрессора рассматривалось как данность, а самооборона жертвы критиковалась как провал духовной дисциплины.
Когда началась резня в Западном Пенджабе, тысячи индуистских и сикхских беженцев хлынули в Дели, Ганди говорил:
«Индуисты никогда не должны гневаться на мусульман, даже если последние решат уничтожить даже их существование. Если они предают нас всех мечом, мы должны смело встретить смерть… Нам суждено родиться и умереть; зачем же нам из-за этого унывать?»
- (Речь на молитвенном собрании, 6 апреля 1947 г.; CWMG , том 87, стр. 222)
Когда провинциальное правительство Мусульманской лиги объявило 16 августа 1946 года «Днем прямого действия», Калькутту охватило три дня безудержного насилия. По историческим оценкам, за 72 часа погибло от 4000 до 10 000 человек , более 15 000 получили ранения , а от 100 000 до 200 000 человек были вынуждены покинуть свои дома. Толпы устраивали массовые нападения с применением холодного оружия и групповые изнасилования, оставляя тела грудами в канавах и сбрасывая их в реку Хугли.
Призывы Ганди к ненасилию практически не возымели эффекта на местах. Резня в Калькутте прекратилась только тогда, когда местные общины организовали вооруженные отряды самообороны для защиты своих районов.
Ганди сформулировал свою позицию по этому поводу:
«Индуисты не должны питать гнева к мусульманам, даже если последние хотят их уничтожить. Даже если мусульмане захотят убить нас всех, мы должны смело встретить смерть. Если они установят свою власть, убив индусов, мы, пожертвовав своими жизнями, откроем новый мир… Если мы умрем с улыбкой, мы войдем в новую жизнь; мы откроем новую Индию».
Вехи истории