любовь к деталям / vesnaskoro

👀

Завершаем неделю с нашей рубрикой «Связи», где команда бюро обсуждает зацепившие детали с близкими по духу людьми.

Первая героиня — художница Ася Заславская, с которой мы знакомы давно, но узнали друг друга совсем близко в любимой Выксе, когда Ася останавливалась в арт-резиденции (а потом и на выставочном цикле «Путевые заметки» — работа Аси перекочевала в Выксунский музей). Остается всего пара дней до завершения московского соло-проекта «Путь времени» в галерее pop/off/art, где Ася исследует время и его восприятие — мы им так вдохновились, что расспросили художницу о измерении времени и пространства, а еще — чувстве дома. Ответы — в карточках ☁️

Эта выставка — про наши отношения со временем и про то, как за последние годы изменились наши отношения с расстоянием, ведь расстояние на самом деле измеряется не в километрах, а в часах и минутах.

А мы уже сегодня чувствуем весну, разглядывая детали на открытии выставки Ольги Чернышевой в любимом AZART 🕊

Проект «С листа» одной из ключевых современных художниц (лауреат Фонда Герлен) находит поэзию в бытовых моментах и заостряет внимание на ускользающем. А еще это невероятно рукотворная выставка, исследующая графическое творчество Ольги 🌱

Для нас же этот проект — напоминание, что мечты сбываются! Мы давно хотели поработать с одной из любимых художниц нашей команды. И вот этот день пришел!

Напоминаем: до весны три дня 🌸

Вспоминаем проект Дэвида Хокни «Год в Нормандии». Художник рисовал на iPad приход весны день за днем во время локдауна, а еще говорил «Весну не отменить»

Коротаем дни в ожидании весны и делимся рекомендацией от нашего руководителя проектов Полины Тюрюковой.

Недавно она посмотрела интервью Эрика Булатова, которое Владимир Раевский (признан иноагентом) записал ещё при жизни художника, но опубликовал только три месяца назад. В разговоре всплывает неочевидный факт: Булатов не участвовал в «Бульдозерной выставке». Искусство нонконформистов настолько плотно срослось в нашем восприятии с противостоянием, политическими акциями и лозунгами, что кажется — все они были там. Но Булатов говорит:

«Я хотел участвовать только в тех выставках, где будет выставляться искусство и рассматриваться как искусство, а не как политические акции».

Так от одной фразы сдвигается вся оптика: начинаешь иначе смотреть не только на Булатова, но и на весь период, на его современников, и дальше — на сегодняшних художников. Для нас важно переодически встречать такие неожиданные детали: они не переворачивают картину, но настраивают её тоньше и точнее.

P.S. В большом разговоре с художником упоминается и важная для нас связь — Булатова и Выксы, культурными проектами которой мы занимаемся не первый год. В городе есть единственный мурал художника прямо на заводе, который он приезжал открывать в 2020 году — и это must-see 🤍

На следующей неделе открывается ретроспектива одной из самых радикальных художниц современности — Трейси Эмин. Выставка A Second Life в Tate Modern охватывает 40 лет практики: от культовой My Bed до работ, которые ещё нигде не показывали.

Один факт, который нам особенно дорог: в последние два года жизни Луиз Буржуа начала серию акварельных торсов — и передала их Эмин. Трейси призналась, что возила работы по всему миру — из Австралии во Францию — и боялась к ним прикоснуться. Когда наконец решилась, получился Do Not Abandon Me — 16 совместных принтов на ткани, где невозможно отличить, где заканчивается Буржуа и начинается Эмин. Эстафета между поколениями, о которой Трейси говорит так: «Луиз бежала и передала мне эстафетную палочку, а я когда-нибудь передам её дальше».

Мечтаем оказаться в Tate Modern как можно скорее 💭