Чухлебова 👽

С восторгом и ужасом замечаю, что литература остается опасным делом. Когда год назад я начинала работу над новой рукописью, интуитивно поселила героя в район Ростова, в котором прожила много лет — Северный. Постепенно туда стали заселяться и другие герои, насупились каждый в своем уголке. Несколько раз я приезжала специально. Мне являлась эпическая дурка, которая в нормальную человеческую жизнь никак не лезет, ее место только в литературе. Как если б по улице старого панельного района шел осел с петухом на спине, и они оба дудели в дудочку.

Этим летом логика моей жизни привела к возвращению на Северный. Для текста — плодотворно, для меня лично — смиряюсь, куда деваться. Параллельного веселья добавил новый Подшибякин. Да, никакого семиэтажного ведомственного дома, в котором свершилась кульминация, тут нет. Но по описанию места — это соседний дом от моего. Я дочитывала текст глубокой ночью, и по логике повествования выходило, что зомбаки должны были сожрать меня минут за пятнадцать до махача с главными героями.

С ростовчанами мы все это обсудим лично, 3 октября, в 15:00, Семашко, 46, библиотека сбоку от городской админки. Модерировать будет Дарья Цепкало, ее таланту задавать глубокие вопросы я поражаюсь уже два года. Вокруг города сейчас много литературного контекста, не только зомбаки. Вот про него поговорим. Регистрация на встречу на сайте феста слово-на-дону.рф.

Ростов, «Последний день лета 2» Подшибякина — это чисто подгончик всем нам. Как соседка Вити-Крюгера отвечаю!

География действия расширилась до всего города, тут вам и Зеленый Остров, и Северный. Парней нехило раскидило, и это дает срез взросления в 90-х. Взрослые стали шевелиться активнее и знай себе мутят делишки, притом интеллигенты сатанеют чуть ли не хлеще, чем бандиты. И будто бы и нет смысла писать полноценную душную рецензию — по крайней мере, на 40% прочитанного текста это угар и кайф на великомогучей южной версии русского блатного. Угорать и кайфовать — это значит, читать Подшибякина так, как надо. А кто там кого зарезал и откуда на этот раз вылезло зло — кого вообще волнует.

На Яндекс.книгах уже, печатная скоро в РЕШ. Автору шлем привет в этот его Лос-Анджелес. С пониманием, какой на самом деле город остается в сердечке навсегда.

Впечатляющей мемоемкости визит на ММКЯ.

Мем-момент один: отдыхаю в номере после поезда, слышу, кто-то скребется в дверь. Думаю, ну, мало ли, в соседний номер. И тут на пороге образуется Ира Родионова с чемоданом, немая пауза, лично видим друг друга в первый раз в жизни. Говорю: «Тааак, а я без штанов». Оказалось, что респешен чего-то напутал. Баловник же ты, респешен!

Мем-момент два: стоим с Кубриным, слушаем презентацию Андрея Рубанова. И тут перед нами напористо влезает мужик в форме. Слушает с минуту и уходит. Ощущения примерно следующие: тю, ну и что это было. Облако понимания нисходит на нас с Кубриным одновременно — неизвестным оказался Захар Прилепин. Никогда не знаешь, кем окажется неизвестный!

Из коллег по паблик-току обошлось без мемов только с Симбиревым, уж не знаю, что это говорит обо мне или о Максиме.

Впрочем, не мемами едиными. Дискуссию мы надискутировали толковую, разные поколения финалистов и лауреатов «Лицея». Сама ММКЯ — классно застроена, с интересом зашла на стенды иностранных гостей, настяжала северокорейских почтовых марок с котиками. Произошедшим довольна!

Прибыла в Москву, на подоконник залезла, как видите.

А все зачем. Площадка 9, Чтение.Познание, кстати!

Все поздравления вижу, всех обнимаю, отвечать немного устал палец. Пусть уж отдохнет, а мы пока обсудим «Лицей» этого года на ММКЯ!

Во-первых, не падайте в обморок – сам факт уже не секрет. А во-вторых, не стоит опасаться шторма из свадебных фоток – это разовая акция.

Просто такие, как есть, в историческом районе Ростова – Нахичевани.

Москва, сообщаю: буду на ММКЯ!

6 сентября в 15:00 обсудим дела лицейские с другими лауреатами и финалистами премии — Ириной Родионовой, Сергеем Кубриным и Максимом Симбиревым.

Расписание остального движа от премии «Лицей» смотрим тут.

Хорошая возможность поймать меня лично, пока я снова не заперлась в обнимку с рукописью. Возможно, на солнечном свету начну дымиться. Приходите и убедитесь сами.

В Казани мне комар в нос залетел. А потом ничего, пообвыклась.

Казань великолепна, когда изысканна и когда пошла. В апофеозе этого: заказала коньстроганов и отправилась в уборную, где меня поджидала золотая статуя писающего коня в почти полный этого самого коня размер.

На полумерах Казань проигрывает. Так местный фастфуд умудряется одновременно быть недостаточно вкусным и невыразительно местным. Кофе пить негде, там, где наливают, тут же образуются люди с ноутбуками, будто их пачкой телепортировали из удаленочных мечт 2019-го.

И ничегошеньки про город не понятно. Он тебя чудесно развлекает и великолепно кутит, но не отпускает чувство, что внутренней логики происходящего ты не выкупаешь. Кто все эти люди?

Соседи по купе всю поездку подшучивают, что вы тут вообще забыли, вы что, добровольно сюда приехали. А я бы съездила еще и еще. Не насмотрелась.

Нашла странную примету в современной прозе — появление в тексте колбасных изделий марки «Папа может» приводит к понажовщине. Зафиксировано уже два случая! Все-таки, гениальный брендинг работает как мозговой слизень — впитывается в авторов, просачивается в текст, что уж говорить про простых смертных.

Тем более любопытен факт, что будто бы в антагонизм существует бренд одежды «Мама разрешила», сугубо московская петрушка с худаками за 20 тысяч. К чему должно приводить появление этого бренда в прозе, пока версий нет.

Сообщаю, что я теперь замужняя женщина и это вам не то!

Во-первых, аплодируем Кириллу. Он сильный, смелый, ловкий, умелый и меня вывозит. Во-вторых, все-таки большое счастье иметь закулисье и знать, что вот есть человек, он на твоей стороне, вы любите друг друга и это ваше общее дело.

Фоток, разумеется, пока нет. Самые любопытные могут посмотреть эпохальный заброс свадебного букета у гениальной в умении быть собой Саши.

Про Чухлебовых

Однофамильцы мои за пределами юга почти не встречаются, но даже и тут удивительны. С предвыборных плакатов в Ростове смотрит Александр Чухлебов, приятно, что человека зовут так же, как моего дедушку, и смешно, что рыжие родственники у меня по другой линии. Отец говорит, что какие-то рыжие Чухлебовы водились в соседней деревне от его родной, но это уже какие-то другие Чухлебовы, вообще не мы. В Ростове же живет мой читатель Степан Чухлебов, заинтересовавшийся моей прозой из-за фамилии. Хорошо, что ему понравилось, как бы нам всем жилось, если бы нет. Степан однажды узнал меня на Пушкинской и познакомил со своей очаровательной спутницей, а я потом весь вечер ходила с чувством, что меня узнают.

Где-то по спискам форбс бегает Эдуард Чухлебов, и мою семью больше поражает то, что человека с фамилией «Чухлебов» умудрились назвать «Эдуард», чем сам факт его благосостояния. Никаких Чухлебовых не замечено на высокопоставленных кладбищах Москвы и Петербурга, разве что иногда можно заметить меня, проходящую мимо.

Самое удивительное, что в Ростове раз за разом мою фамилию записывают на слух неправильно. В местном спа я числилась как «Чукремова». В ресторане недавно появилась запись «Сухребова», видимо, имелось в виду, что я шепелявлю и картавлю одновременно. Надо бы добавить третий вопиющий случай, но его я не зафиксировала. Следовательно, где-то существует искажение неведомое, ну да привыкать ли.

P. S. Кому интересно, сообщаю, что кусок пальца прирос и чухлебовская целостность восстановлена.

Едва не отрезала себе палец из-за немцев. У, немцы!

Как было дело: у меня завелся нормальный моющий пылесос, как вы поняли, немецкий. К агрегату прилагалась бутылка фирменного раствора для отмываний. Обычным способом бутылка не открывалась, пиктограммы на пробке пониманию не способствовали — ну не врубаюсь я, когда картинки, мне надо объяснять. Логоцентричный я человек или где, писатель я или кто? Я разозлилась и схватилась за нож. И он, собака, соскочил.

Больно не было. Но краешком сознания стало понятно — творится что-то не то. Ткань пальца как-то уж чересчур отделилась и мигом посинела. Кровища капала алая, крупными каплями. Ситуация выглядела сомнительно. Залила рану антисептиком и, капая кровищей, принялась рыться в шкафу в поисках бинта. Туго перевязала палец и стала думать.

То есть понятно, что это только мягкие ткани и вообще, вроде как не смертельно. С другой стороны, совсем непонятно, что делать с пальцем, когда у него появился отрезанный кусок. Перед сборами в травмпункт решила перебинтовать палец менее туго, и оказалось, что кровь и спустя 20 минут идет.

Дальше следовали полтора часа ожидания в травмпункте с героически поднятым вверх пальцем в пропитанном кровью бинте — естественно, палец оказался средним, а вы как думали. В очереди в травмпункт я считалась самым жалким человеком — все остальные не в кровище хоть, даром что одна женщина пришла в больницу на своих двоих, а ушла в гипсе.

В приемной хирург спросил, был ли мой вредоносный нож в земле. Нож в земле не был, но я сказала, чтобы от столбняка все равно привили — зря я тут что ли полтора часа в очереди. В операционную сказали заходить босиком, ложиться на кушетку и не думать о том, сколько страдающих людей на ней раньше лежало. Практикантка, сопя и поругиваясь, пыталась снять с пальца бинт. Хирург наконец посмотрел, что я там отрезала, и все пришил назад, меланхолично сообщив, что, может, прирастет, а может, нет.

Когда я вышла из травмпункта, то умудрилась сесть в автобус, который ехал в противоположную сторону. Чуть позже — уронила антибиотики в супермаркете, и пришлось возвращаться за ними из дома. Непосредственно перед попыткой отрезать себе палец, сломала сливной бачок. Хороший был день! Хорошо, что кончился.

Нельзя продавать кровать на Авито, если у тебя больное воображение. Выставила свою старую за бесценок, лишь бы поскорее забрали. И началось.

«За тысячу отдадите? А то доставка дорогая»;
«На Мадояна (сука, через весь город!) привезете?»;
«Каркас из натурального дерева? (именно потому я отдаю кровать за двушку и три раза пишу, что это дсп);»
«Можно ли забрать сейчас (дело к полуночи)?»

Мир сузился до какого-то бесконечного притона, в котором людям не на чем спать вот прямо этой ночью, а я, бессердечная сволочь, не хочу везти им кровать с матрасом за тыщу рублей и вот прямо сейчас.

По счастью, от кровати меня быстро избавил мужик, похожий на Андрея Рубанова. Пришел, деловито все осмотрел, полежал на кровати, расспросил, кто тут спал, до седьмого колена тут спавших — так ведь не себе брал, а в квартиру под сдачу. Из минусов — отказался забирать старый телевизор, который сначала тоже хотел, потому что не уверен, что в его квартире поймает антенна. Как он выжил в девяностые, не умея настраивать антенну, история умалчивает.

Благо, продавать старый шкаф на Авито не настолько увлекательно. Если никто не пишет, то сначала чуть сбиваешь цену, а потом пишешь грозное предупреждение, что объявление актуально только до конца июля, а потом ты этот шкаф к хренам сожжешь. И все, шкаф сразу тю-тю, а в комнате наконец-то можно установить вожделенный бильярдный стол.