#записки | часть 27.2

Гермиона потянулась к бутылке и налила себе ещё один бокал. Ей было плевать, в каком свете она предстанет перед подругой. Джинни молча наблюдала за тем, как она один бокал за другим уничтожает её винные запасы, но не останавливала. Было очевидно, что Грейнджер сейчас нужно было опустошить голову, выбросив из неё все лишние и ненужные мысли. И для того чтобы рассказать всё как было, расслабиться являлось верным решением. Судя по тому, как дрожали руки Гермионы, смелости ей требовалось намного больше, чем обе думали.

Первый бокал она выпила почти залпом. Второй — медленнее, но тоже быстро. Джинни терпеливо ждала, не торопя, просто смотрела, изучая изменения в её лице. Она знала этот взгляд. Так смотрят люди, которые долго носили в себе что-то тяжёлое и наконец решились снять этот груз.

Когда Гермиона наконец дошла до нужной кондиции, она подняла на подругу мутный взгляд. Её начало подташнивать, голова раскалывалась. Ком от выпитого спиртного подступал к горлу. Сглотнув неприятное послевкусие, она начала тяжело и быстро дышать. Воспоминания накатывали снежным комом, сминая всё на своём пути. Она закрыла лицо ладонями, пряча подступающие слёзы. Было стыдно, что кто-то это видит. Всё казалось нечестным и неправильным.

Казалось, что это не её жизнь. Прошлое, которого никогда не было. Как будто она играла в симулятор жизни, и это был один из вариантов развития событий, который она собственноручно просрала. Гермиона Грейнджер, некогда умнейшая ведьма магической Британии. Она, может, и была такой раньше. Пока не допустила самую большую ошибку в жизни.

— Эй, — тихо позвала Джинни. — Ты здесь.

Гермиона не отвечала. Её плечи сильно трясло, и было сложно контролировать тремор.

— Гермиона. Посмотри на меня.

Она медленно убрала руки от лица. Глаза были красными, слёзы катились одна за другой. Никаких всхлипов или жалостливых звуков. Просто молчаливое падение в бездну. Джинни протянула ей салфетку.

— Ты готова рассказать? Если тебе сложно, давай перенесём. Ты не обязана выворачивать душу, если всё настолько больно и тяжело.

Глубоко вздохнув, она кивнула. А потом медленно выдохнула и выплеснула наружу противные, тяжёлые слова, которые держала в себе все эти годы.

— Я накачала его зельем забвения.