•|ⲃⲉⳡⲏⲁя эύⲫⲟⲣυя|•

— А ну цыц, — нахмурилась Хелен, посмотрев на него. Тот тоже в ответ нахмурился, но затих, хотя по его дергующимся ушам и махающему из стороны в сторону хвосту было видно, что он не рад тому, что его затыкают, — Ну, ладно, ещё раз извиняюсь. Обычно за ним смотрит наш старший брат, Пик, но иногда я перенимаю его роль, потому что у Габриэля есть некоторые проблемы с агрессией и доверием... Так что иногда мне приходится удерживать его от драк или убийств, как сейчас.

— А... Хорошо..? — неуверенно, с нервной, но слабой на губах улыбкой сказал Данте, смотря то на вампиршу, то на эльфа.

— Итак, надо, думаю представиться... Меня зовут Хелена Анвар, можно просто Хелен. А это мой старший брат, Габриэль Анвар, — девушка кивнула в сторону эльфа, который все ещё стоял хмурый и недовольный тем, что его прервали.

— А... Я Данте, — уже немного оклемался старший Уилсон.

— Ф-Феликс, — Феликс облегчённо вздохнув, переварив то, что эта вампирша буквально спасла их от гибели.

— Меня зовут Николь, — Ника все ещё побаивалась Хелен, но по ее взгляду было видно, что она ей интересна. Хелен буквально спасла их от убийства не братом. И слава богу, что спасла.

— Я Куромаку, — нервно ответил Куро, теребя одной рукой край кофты, в которой он был, а вторая его рука была в кармане.

— Чтож, приятно познакомиться, — улыбнулась вампирша, показывая свои клыки. Но она не думала о их убийстве, что несомненно радует всех четверых людей.

Взгляд Данте перешёл с Хелен на ее старшего брата. У него была бледная кожа, на которой виднелись смуглые пятна — витилиго. Удивительно. Он не думал, что и у мифов есть такая болезнь. Глаз его видно не было, их закрывала белая повязка. Волосы были длинные, волнистые, каштановые... Настолько длинные, что он делает высокий конский хвост, и даже так эти волосы ему до середины бедер. Телосложения также видно не было, на нем была мешковатая одежда. Темно-серая ветровка с карманами, черная футболка под низом, блекло-красные штаны, и тоже с карманами. Кофейного оттенка кроссовки. На шее есть светло-кортчневый шарф, скрывая ее... И хвост. Он выглядел... Необычно. Длинный, тонкий и гибкий, с пушистой, каштановой кисточкой на конце. Габриэль, словно увидел на себе пристальный интересующийся взгляд, хотя, увидеть этого не мог физически, повернулся в сторону Данте.

— Чё? — спокойно, все ещё с лёгким напряжением спросил он, а Данте в свою очередь дернулся.

— Ничего, извини, — Данте слегка покраснел и посмотрел в сторону Феликса, а потом и Николь.

Габриэль фыркнул, но не обратил внимания на его поведение. Кажется, после этого "отвлечения" в лице Данте, который внаглую пристально его осматривал, он слегка остыл к тому, за что злился на Хелен.

— Прости пожалуйста за это, я просто очень рада, что мы не одни остались, — неловко улыбнулась она. Но из-за того, что в ней сейчас бушевали совершенно противоположные эмоции, улыбка вышла кривой и какой-то... Отчаянной.

— Да все в порядке, я понимаю, — кивнул пепельноволосый, сделав ещё один вдох.

— Так, как говоришь тебя зовут, парень? — спросил самый высокий из них троих. У него были перекрашены волосы в темно-красные, хотя сверху проглядывались рыжие корни.

— Куромаку. Куромаку Миллер, — Куромаку перевел взгляд на красноволосого. Стало чуть спокойнее. Видимо, ему не хватало именно что компании рядом. Одному ведь переживать такой кошмар невыносимо.

— Приятно познакомится, Куромаку. Меня зовут Данте Уилсон, — кивнул в ответ Данте, — Это мои младшие брат и сестра.

— Феликс, — кратко кивнул блондин, посмотрев куда-то в сторону.

— Я Николь, — рыжеволосая так и осталась стоять на месте, она поправила за уши короткие, по шею волосы, которые лезли в лицо, мешаясь.

Вдруг со стороны послышался шелест листьев. Сквозь ветки пробиралась темная фигура. Все только услышав этот резкий звук в тишине лесной чаши посмотрели в ту сторону...

...Оттуда вышел эльф с луком в руке, а на его спине был колчан со стрелами. Все застыли, кроме эльфа. Он достал со спины одну из стрел и направил ее на Миллера — прямо в грудь.

— Это очень мило и вся фигня, но у меня приказ — устранить всех выживших. Поэтому пока-пока, — будто издеваясь с улыбкой сказал эльф и уже начал ослаблять хватку руки на стрелк, готовясь запустить ее в грудь Куромаку.

Все напряглись, Куромаку же побледнел. Он не был готов умереть так рано.

— Габриэль! — посылался со спины эльфа нежный, но звонкий женский голос, — Стой! Не убивай их!

Из той же тьмы сквозь деревья прошла хрупкая бледная, почти белокожая девушка. У нее были длинные белые волосы, заплетённые в плотную кому, которая лежала на плече, перевязанную розовой лентой. У нее были красные глаза и виднелись черные корни волос — видимо, вампир. Также у девушки были заострённые уши, но не такие как у эльфа — у него были длинные уши, которые не скрыть даже его волосами... Хотя как посмотреть. Девушка подошла к эльфу, положила одну из рук на его плечо, а второй выхватила стрелу из его руки.

Габриэль возмутился:
— Эй! Отдай стрелу! — он тоже был теперь напряжён. Ну не ожидал он увидеть эту девушку в такой момент.

— Не отдам. Мы должны их пощадить, они ведь не виноваты в этой войне! — уверенно отрезала вампирша, держа стрелу в одной руке, словно дразня эльфа.

— С какого это перепугу?! Хелен, сама подумай: они люди! Они тоже могут затеять такую брехню у нас. Тем более, что у меня приказ от Пика. Отдай стрелу! — Габриэль потянулся свободной рукой за стрелой, но девушка, словно дразня его, убрала ее себе за спину.

— Не-а. Я же сказала, что не отдам. Мне все равно, люди они или нет, они не заслужили такой погибели, Габри, — эльф поежился от того, как его назвала вампир, а потом оставил попытки выхватить стрелу.

Вы наверное спросите: почему это он не берет ещё одну из колчана? Потому что он понимает, что стоим ему взять ещё одну, как Хелен вновь выхватит ее, и таким образом она заберёт все его стрелы. Ведь она упертая — на моем стоит до конца. Он просто перестал с ней спорить.

— Ладно, — буркнул Габриэль, скрестив руки н груди. Лук уже был надет на нем через плечо, тетивой вперёд, из-за чего он мог держать его без рук. Большое преимущество лука в том, что он немаленький, и он с лёгкостью может надеть его таким образом.

— Вот и молодец, — улыбнулась девушка и, подойдя к эльфу, погладила его по голове свободной рукой. Потом она отошла от него и сделала несколько шагов уже к выжившему квартету, — Простите моего брата, он — дело принципа. Но уверяю, я буду следить за тем, чтобы он не возобновил попытки убить вас больше.

— Хелен, хватит вгоорить обо мне так, словно я ребенок! Я старше тебя! — опять возмутился эльф.

Пепельноволосый парень бежит сквозь руины. Бежит напролом, не обращая внимания на то, могут ли его поймать или заметить, хотя он старается быть как можно более незаметным. Бежит быстро, но старается не издавать ни звука — по городу ходят мифы¹, которые лишь взмахом руки могут убить его.

Его глаза слезятся. Он снимает очки, небрежно кидает их в карман брюк и трет глаза одной рукой, чтобы скрыть слезы. Он видел смерть собственных родителей всего пятнадцать минут назад. Тяжело дышит. Он не силен в физической подготовке, но даже несмотря на отдышку бежит. Бежит со всех ног. Потому что от этого зависит продолжительность его жизни, и то, выживет ли он вообще.

Перед глазами все плывет. Вместо города настоящая разруха. Хаос. Слышны крики мужчин и женщин... Плач детей. Как только один из них затихает, так слышится крик другого. Парень смотрит вперёд, и видит зелень. Лес. Вот — его спасение! Тут они его не найдут! — думает.

Забегает в глубь чащи, бежит сквозь деревья. Ему все равно, если наткнется на животных, главное — убежать подальше. Сейчас в приоритете его же собственная жизнь. Забегает на какую-то освещённую солнцем поляну. Деревья и траву окутывает золотая пелена солнечных лучей, сквозь траву виднеются небольшие цветы, листва деревьев слабо покачивается от лёгкого ветра. Пепельноволосый оборачивается назад, чтобы посмотреть — бегут ли за ним, или он оторвался? Тишина бьёт в уши. Хочется плакать. Он берет очки из кармана и надевает на переносицу, делая глубокий вдох, чтобы успокоиться.

Парень, сделав пару вдохов и выдохов, чтобы окончательно успокоиться, повернулся и уже более медленным шагом прошел дальше. Уже за поляной, сквозь темень деревьев и ёлок, он увидел яркие макушки. Нет, они не похожи на мифов... Их было трое. Двое парней и девушка. Они все стояли спиной к нему и о чем-то разговаривали... Точнее, скорее всего, парни пытались успокоить девушку.

— Я не могу, не могу успокоиться!! — сквозь слезы жалобным голосом сказала девушка, — Мы потеряли родителей! Мы остались одни с большим шансом на то, что нас поймают и убьют!! — она схватилась за голову, сжимая в руках пряди рыжих волос.

— Тише, Николь, все будет хорошо. Даже если мы и остались одни, то... Мы ведь вместе, так? Мы всегда тебя защитим, — самый высокий и, видимо, старший аккуратно убрал ее руки от ее волос, чтобы она перестала их сжимать.

— Точно. Ника, мы оказались не в самой лучшей ситуации, но все ещё есть шанс на то, что мы не одни выжили... Кто-то из выживших все равно найдет этот лес, придет сюда и мы будем вместе, мы не одни, — блондин сделал шаг к девушке, которую, оказывается, звали Николь и обнял ее.

Она обняла его в ответ и продолжила плакать, но уже не так сильно, как секундой ранее. Старший поглаживая ее по спине, как будто это поможет ее успокоить.

Пепельноволосый сделал пару шагов вперёд, и под его ногой хрустнул сучок. Все трое впереди него дернулись и парни с напряжением посмотрели в сторону ещё одного выжившего. Увидев то, что он не из мифов, оба облегчённо выдохнули.

Парень сделал ещё несколько шагов и оказался уже около этой небольшой "компании". Он стянул с головы капюшон и поправил на переносице очки. Девушка отстранилась от блондина и с надеждой посмотрела прямо в глаза "новенького". Она, кстати, тоже была в очках.

Девушка отстранилась от парня и подбежала к нему, обнимая уже его. Двое парней же смотрели на эту картину с неким облегчением, словно произошло что-то, что может изменить их положение сейчас.

— Господи, спасибо, что мы не одни, — прошептала Николь, прижимаясь к пепельноволосому лишь крепче. Тот на пару секунд застыл, а потом неуверенно обнял ее в ответ. Он явно не ожидал такой реакции.

Секунд десять так постояв, рыжеволосая отстранилась от него, смотря на нег слегка виновато, а потом стёрла с глаз рукавами кофты, в которой была, остатки слез на глазах.