Легко и приятно говорить как о высшей эмоции о любви. Эйфория, ощущения света и прилив жизни, все к этому подталкивает и склоняет.
Так же тяжело и скрипом даётся представление в качестве высшей эмоции долга. Даже звучит "долг" тяжело, мракобесно, как то от чего нужно держаться подальше. Никакой эйфории. Только тягостные чувства от его неисполнения.
Между тем, чувство долга, это именно то на чем держатся все социальные структуры любого состава. Долг перед семьёй, перед верой, перед предприятием, перед родиной. Эгоистичный ген, суть самовлюбленность, хорошо описывает некоторые аспекты реальности, но скорее раскрывает нам нечто о авторе описания и обществе окружающим автора, нежели о реальности. Чувство же долга, за время с расцвета романтизма, приобрело уже маргинальный оттенок. Хуже чем гетеросексуальные отношения.
Материнское воспитание приводит к навязыванию чувства долга, восприятию его в безусловном качестве, в качестве вечного бремени и при полном непонимании смысла этого бремени. Весь 19й век посвящен тому что аристократия сражалась с понятием "тварь я дрожащая или право имею". Все размышления о свободе воли и, главное, силе воли посвящены тому что бы выйти из под бремени чувства долга и таки предаться радостям.. иногда любви, но всегда без обязательств. Мы свободные люди, никто никому ничего не должен, это и есть суть эры романтизма породившей либерализм. Подумайте сами, мы и сейчас, уже научившись либерализму, все равно не можем произнести слово Долг без содрогания, без отвращения.
Ошибка же заключается в правильном понимании долга. Человек легко принимает на себя обязанности, но редко когда получается, что он заранее погружен в детали и понимает суть реального бремени. Мать научит только тому чему может научить. Мужчина нуждается в женщине. Но в плоскости не обижать, слушаться, быть покорным. Мать не научит тому что женщина нуждается в мужчине, девочки любят хулиганов не за плохие поступки, а за уверенность. За уверенность, а не за послушание. Но этому может научить только мужчина. Воспитанный женщиной мужчина не может. Он не знает сути долга мужчины. А когда начинает узнавать самоходом, из личного опыта, уже поздно. Уже некого. Так и остаётся "слушайся маму" зависшей директивой. Директиву же "слушайся маму, но делай все наоборот" артикулировать просто некому. Как и некому пороть так что бы был толк.
Нам то ещё хорошо, первое массовое поколение это шестидесятники. У нас фора здесь. А поколение аристократии только сейчас появляется первое.

Я кстати разу не представляю как именно социальная структура будет выкручиваться из ситуации. А вот то что ей придется, это сугубый факт. Аристократия победившая свой долг выглядит.. нефункционально