Почему в японских аниме присутствует тема детской сексуальности? Откуда это у них и почему это считается для них приемлемым?
После вмв за Японией закрепился статус кондоминиума. В эту английскую серебряную шахту скрещенную с непотопляемым авианосцем плотно вошли французы, а баланс блюли американские военные базы. Совместное владение в своей продвинутой форме. Что позволило, например, частному бизнесу вполне идти в рост и уже в 70е мир получил нормальное, промышленное государство на подъеме. Одним из запросов промышленного государства является наличие полноценной внутренней массовой культуры.
С кинематографом не то что бы все беспроблемно во всем мире. Это действительно сложное место любой структуры. Ведь с одной стороны это не просто печатный станок , это частный печатный станок. А с другой стороны для работы на нем требуются творческие коллективы, что на корню подрубает саму идею как то это все заорганизовать. Напоминаю, на планете есть Голливуд и Болливуд. Все же остальные корчатся через союзы кинематографистов и министерства культуры. Дело в общем непростое.
Другое дело бульварная литература и комиксы. Для того что бы работа пошла вам нужен ровно один (1, один, в единственном числе) увлеченный процессом графоман с творческим недержанием. Дёшево, сердито, при выдаче очень прибыльно, при неудачи фин потери минимальны. Французы быстро оседлали эту лошадку и уже к 80м в Японии процветала культура массовых бульварных романов и комиксов на их основе.
Тут и стоит рассмотреть пару нюансов.
Французский канон рисунка хорошо зашёл на японскую почву и если вы посмотрите любое старое аниме и старую мангу, легко это заметите. Полноразмерные герои, цельные характеры и истории имеющие структуру. Все это в лёгком французском рисунке, ставшем шаблоном по которому художники новички перерисовывали уже свои картинки. Со временем французски рисунок упростился, стал более угловатым и потеряв концептуальную выразительность приобрел выразительность элементную. Массовому читателю трудно воспринимать композицию, но легко прочесть огромные глаза, например.
И здесь у нас первый ньюанс. Шаблонизация шла глубже стандартизации рисовки. Со временем отсекались формы имеющие меньший отклик у потребителя и наоборот, углублялись формы вызывающие понимание. Например, со временем психотипы персонажей ужались до простых и приобрели визуальные стандарты узнаваемости. Уже сегодня вы не спутаете цундере с яндере уже по первому кадру. Так же шла селекция по визуальному типу персонажей. В тираж шли только имеющие большой отклик. Диспропорциональные по детскому типу тела имели как раз такой, очень большой, отклик.
И здесь у нас второй ньюанс.
Манга это больше чем комиксы. В Японии манга заменяет собой всю массовую культуру. Для всех социальных и всех возрастных групп. Более того, мангака это не какой нибудь член союза писателей, инженер или белый воротничек любого рода. Мангака такой же трудяга и пашет без выходных за еду, оставаясь на работе ночевать за столом потому что дома ничего нет, уют для сна даже хуже, зато экономия на дороге. Нет никакого разрыва между автором и читателем.
Современный протагонист, это мужчина, около сорока лет, асоциальный, боящийся женщин, боящийся отношений, полный надежд и мечты о чем то очень светлом и таком же далёком. В исекай уже давно увозит не грузовик, а просто умер на рабочем месте. (Исекай: перемещение главного героя в мир сказки, видеоигры или приключений. Практически полностью заместил собой героическое фэнтези)
И сейчас мы можем вполне уверенно констатировать - определенная педофилизация шаблона рисования вызванная потаканием сексуально озабоченным группам читателей внезапно столкнулась с непредвиденным запросом целевой аудитории на латентное отцовство.
Столкнулась и породила чудовище. Сексуализация детского образа там достигла уже конечно каких то глубже дна масштабов. И при этом, содержательно, там никакой педофилии нет. Любой анимэшник вам закатит десятичасовую лекцию по этому поводу. И будет прав. Там секса вообще нет. Сексуализация есть. А секса нет. Такой вот поворот