Не знаю, интересует ли это кого-то, но я на предстоящих выборах в Госдуму решил голосовать за ЛДПР.

В моей избирательской истории, я голосовал за ЛДПР один раз, на выборах в Заксобрание Санкт-Петербурга, потому что к структурам Единой России конкретно по Санкт-Петербургу у меня всегда были вопросы, а то был год, когда Савву Федосеева сняли с выборов из-за липового иска очень мутного представителя узбекской диаспоры, который сам являлся кандидатом от Единороссов. Оставило очень неприятное послевкусие.

На всех остальных выборах начиная с 2018-го года (а я голосовал на всех), я голосовал за Едро или за Путина.

Так, почему ЛДПР? Выборы в России—да и везде—как известно, власть не меняют. Но, тем не менее, они выполняют функцию социального барометра и являются своеобразной фидбек-анкетой государства. Выборы не меняют власть, но меняют её решения, подходы, коммуникацию и приоритеты. Соответственно, программы и кандидаты разных партий практически не важны. Важно, какой сигнал голос за определенную партию посылает власти.

И так, самая горячая «протестная» партия в этом году, это Новые Люди. Я рассчитываю, что они добьются достаточно хороших результатов, потому что те избиратели, которых разозлила недавняя волна запретов в цифровой сфере (а их много), скорее всего, будут голосовать именно за НЛ – и не важно, что в программе НЛ даже не говорится особо о цифровой либерализации, но, повторюсь, важно то, как партия воспринимается, а не её программа и кандидаты, и на текущих выборах, НЛ воспринимается именно как партия за либерализацию (и электоратом и властью).

Для меня это не ключевой вопрос. Я тоже был недоволен подходами Роскомнадзора, но именно – подходами. Цель суверенизации интернета я разделяю (активно пользуюсь Максом), я просто считаю, что подошли к этому бездарно. И тем более я не желаю каким-либо образом солидаризироваться с Павлом Дуровым, который, как и любой либертарианец, просто мразь и гнида. Я его площадкой пользуюсь неохотно.

Более того, после снятия с выборов Яблока, «несистемная оппозиция» (та её часть, которая не бойкотирует выборы) в этом году выбрала НЛ в качестве своей протестной партии – тоже, чтобы отправить власти сигнал. Да, они будут только малой частью избирателей НЛ, но, тем не менее, сильный результат НЛ в этом году может быть сочьтен и как сигнал, что надо СВОрачиваться и молить запад на коленях, чтобы вернули Аpple Pay.

КПРФ и СР сами по себе не очень интересные, особенно вторая. У КПРФ есть какие-то отдельные моменты, которые тоже делают её протестной партией определенной аудитории, но в целом это просто две тухлые бумерские партии, голос за которые посылает не очень сильный сигнал (считывается как «хотим больше социалки», «ЖКХ слишком дорогое» и.т.д.).

Остается ЛДПР, за которую я и буду голосовать. Лично я считываю её так: Не смотря на то, что его с нами уже нет, ЛДПР в массовом сознание – это все ещё партия Жириновского. Партия тех, кто бьют кулаком об стол и обвиняют правительство в том, что оно делает свою работу и плохо, и не достаточно радикально. Голос за ЛДПР критикует Путина за то, что он «не достаточно Путин», он говорит о том, что мы хотим его видеть именно тем коварным и жестоким, каким его рисует вражеская западная пресса, а не «надутым западными партнерами» дурачком, который стреляет пустым Орешником по сараю.

И именно на таких вайбах я и нахожусь сейчас, по итогам последнего года.