Закрывается навсегда (это стоит уточнять, потому что за последние годы он закрывался несколько раз) ГДР-овский аэропорт Шёнефельд, который пытался служить дальним терминалом нового берлинского аэропорта, но оказалось, что он даже в таком качестве не нужен. Сегодня там по этому поводу праздник (в 22.30 выступает диджей BOW-tanic, что бы это ни значило), но город уже устал от закрытия аэропортов (это третье за последние 15 лет), устал от своих аэропортов вообще (берлинские аэропорты — это боль), и конкретно устал от Шёнефельда — когда вы прилетали в Берлин, шли потом километр по каким-то картонным коридорам и потом сорок минут ехали вдоль огородов на электричке, это был Шёнефельд.

Шёнефельд — это еще и отдельный от Берлина супербогатый (получающий доход с аэропорта) городок, который не очень понимает, что ему делать с освободившимся участком буквально золотой околоберлинской земли, которая к тому же до сих пор принадлежит аэропортным структурам. Есть планы построить там офисные здания и конгресс-центр, и есть почти всеобщая уверенность, что эти штуки будут пустовать, как пустуют многие офисы в центре Берлина. Мэр Шёнефельда в этой связи упомянул строительство боулинга (я само слово «боулинг» слышал в последний раз лет семь назад), но можно посмотреть на мэрию городка, чтобы понять, что креативность там не может зашкаливать по определению.

А еще для нужд нового аэропорта собираются снести «генеральский отель» — построенную в конце сороковых гостиницу для советских командиров (там ночевал Юрий Гагарин). Особых усилий по спасению памятника архитектуры никто не предпринимает; напомним, всё это, включая выступление диджея боу-таника, происходит не в самой красивой части Берлина, все это уже лет 30 назад хотели снести, но дошли руки только сейчас, и что там построят, мы, скорее всего, никогда не увидим, так как не поедем в эту глушь (если нас туда, конечно, не выдавит джентрификация).

P.S. Алё, действующий берлинский аэропорт BER в 7 километрах от того, о котором идет речь, не закрывается — он пару лет назад только открылся и будет на протяжении нашей жизни единственным берлинским аэропортом, если его не съест годзилла. Как так можно было прочитать.