Трилогию Лю Цысиня "Задача трех тел" я хотел прочитать в перспективе теоретической социологии, причем с определенным поворотом, то есть имея в виду не науку о действительности, а как раз науку о возможности. Кстати, у нас тут с релевантными ссылками на Райта Миллза говорил об этом Олег Кильдюшов.
Но чем больше я закапывался, тем более подтверждалось то, к чему я в принципе должен был быть готов, но все равно удивлялся: в истоках теоретической социологии мы встречаемся с политической теологией. Доказательств этого достаточно и в первой части, но еще больше во второй. А что касается третьей, которую я читал, конечно, взахлеб, но сначала как наивный читатель, то по отношению к ней — об этом я еще не говорил и пока лишь прикидываю дальнейшее — речь, возможно, должна идти только об объекте политико-теологического исследования, но и о том, что сам автор решительно сдвигался в эту сторону.
Ну, перефразирую и на этот раз старика Пелевина:
Достижения китайской культуры доходят до нас с большим запозданием.