🗓Дата: 1939-02-04
👤Автор: Владимир Вернадский Иванович

Утро [Москва]. Вчера утром — в издательстве. Разговор начистоту с Самсоновым [Троф[имом] Петровичем] — впечатление плохого администратора, не скверного человека, м[ожет] б[ыть], вполне порядочного [учитывая, [что] цель оправдывает средства и исполнение приказаний партии, какие бы они ни были]. Новый секретарь [Василий Петр[ович] Иванов] — молодой, не очень образованный, но впечатление порядочного. Потерявший мою рукопись [«О состояниях пространства»] Влад[имир] Ив[анович] Богданов, удаленный, невежественный карьерист, тип Хлестакова или Расплюева [!] — но еще с полицейскими наклонностями доносчика — сейчас не помнит, что я передал ему рукопись.
Сговорился о договоре и взял для подписи.
Нет бумаги и полная растерянность — что будут делать? Ясно, что при увеличении Академии нельзя оставлять в таком положении. Надо обратиться к Молотову.
Вчера звонил к секретарю Вышинского о Мите [Д.И. Шаховском]. Очень мне за него жутко.
Третьего дня была Зиночка [З.М. Супрунова]: разгром их учебного заведения какой-то организацией Совнаркома. Выброшена на двор обстановка общежития. Появилась сегодня заметка, проведенная в «Известия». Это повторение истории Московского [университета] 1930 [года]. Совершенное варварство: разрушить в основе строительство жизни. Но любопытный и важный симптом. Глупое исполнение дисциплины необходимой вызывает все большее недовольство: транспорт совершенно неисправен и масса случаев опозданий этим вызвана. Масса страданий и трагедий.
Ирина [И.Д. Борнеман-Старынкевич] должна была перейти к нам [из Ломон[осовского] [института]], где против нее — благодаря ее выступлениям и низкому уровню стоящей во главе партийной кучки [Кашин и К°] [Фраза не окончена. — Прим. Ред.]. Но оказывается, что она тогда теряет стаж, хотя оба учреждения в Академии наук. Надо и самой решить.
[АРАН. Ф. 518. Оп. 2. Д. 19. Л. 20 об. — 21.]