Про займы с залогом, но без риска быть ликвидированным (часть 2)

Чтобы решить эти проблемы, Myso предлагают интересную конструкцию перераспределения рисков между заемщиками и кредиторами, в которой риск ликвидации переносится на кредиторов. Конструкция выглядит следующим образом:
⁃ с т.зр. заемщика: получение займа под залог токенов в одной из доступных пар (на текущий момент - rETH/RPL, USDC/RPL, DAI/gOHM) по заранее определенным для соответствующего пула условиям (срок займа, ставка, уровень LTV и пр.), по окончании срока займа - гарантированная возможность получения назад залога в полном объеме (за вычетом комиссии и APR по займу) независимо от изменений цен токенов (при условии возврата займа);
⁃ с т.зр. поставщика ликвидности: предоставление ликвидности (токенов “под займы”) в доступные пары (rETH, USDC и т.п.) на срок, соответствующий срокам займов, по окончании срока займа (срока действия пула) - получение назад предоставленных токенов либо получение залоговых токенов (при наличи дефолтов);
⁃ то есть пулы ликвидности (например, пул rETH/RPL) “наполняются” заемщиками в части залогового токена (RPL) и поставщиками ликвидности в части токенов для займов (rETH), таким образом заемщики покупают покрытые колл-опционы (до момента истечения срока займа имеют право купить rETH по заранее установленной цене), а поставщики ликвидности продают их (в случае невозврата займа обязуются продать rETH по заранее установленной цене в момент истечения срока займа);
⁃ основной риск поставщика ликвидности (на примере пары DAI/gOHM, макс. LTV 47,9%) - в случае резкого падения цены gOHM и невозврата займа поставщик ликвидности не получит назад свои DAI и останется с обесценившимися gOHM, в обмен на принятие этого риска поставщик ликвидности получает премию (опционная премия, для заемщика являющаяся процентами по займу);
⁃ как определяются параметры пулов: пары токенов, LTV, срок действия пула и др. параметры определяются создателем пула (сейчас - командой, в будущем - любым желающим), также создатель пула определяет размер ставки (с учетом общих правил протокола, при этом ставка в любом случае динамична для кредиторов и зависит в т.ч. от спроса и предложения).

В своих постах и интервью команда часто апеллирует к тому, что их “инновационный продукт” позволяет перенести риск ликвидаций на кредиторов. На самом деле речь идет не о переносе на кредиторов риска уплаты условных 4% ликвидаторам, но о принципиально иной структуре и природе рисков. Так, в предложенной Myso конструкции кредиторы будут нести риски, присущие для продавцов опционов (изменение стоимости залогового актива, которое может вылиться в потерю средств). У меня нет уверенности, что пассивных поставщиков ликвидности на условном AAVE (многие из которых - DeFi-протоколы и управляющие активами типа Yearn) получится “переквалифицировать” в продавцов опционов и таким образом перетянуть себе ликвидность с классических лендинговых площадок. Насколько поставщики ликвидности в опционные ваулты готовы поменять условный Ribbon или Dopex на Myso, тоже непонятно. Короче открытым остается вопрос, где Myso планирует искать необходимую для работы их протокола ликвидность, и насколько предлагаемые ставки (с учетом дополнительных рисков) будут привлекательны для поставщиков ликвидности.

Как на этом заработать?
1. Использовать протокол и надеяться на ретродроп. В Дискорде команда пишет о планах по выпуску токена в 1-ой половине 2023 года - логично предположить, что часть токенов будет распределена между ранними пользователями протокола. При этом в то время как получение займа доступно для всех, предоставление ликвидности - только по вайтлисту (подробности в Дискорде).
2. Выступать в качестве постащика ликвидности (и получать соответствующий APR) или заемщика. С учетом ограничений для LP/заемщиков речь не идет о каких-то серьезных суммах, но если ты уверен, что gOHM упадет на 80% в ближайшие пару месяцев, - смело бери заем под залог gOHM и не возвращай полученные DAI.

DYOR:
⁃ вайтпейпер Myso Finance;
⁃ как работают опционы в Myso - раз и два;
⁃ интервью с командой Myso - раз и два.