Сегодня я хочу рассказать о том, как свершилась регистрация нашего брака.

Вы уже знаете, что следователь Валентина Осетрова поначалу вовсе отказала мне в разрешении на регистрацию брака. Потом — по ходатайству Антона — разрешила, но включила в постановление пункт, фактически препятствующий этому, а именно: "...разрешить регистрацию брака в условиях, исключающих личную встречу".

С этим постановлением я поехала в Кировский городской отдел ЗАГС. Здесь надо отметить профессионализм, участие и сочувствие сотрудников ЗАГС. Девушка, которая принимала у меня документы (к своему стыду, я не помню её имя), увидев это постановление, была немало озадачена, сказав, что впервые за всю свою практику видит подобное.

Она позвонила начальнику СИЗО М. Шевелёву — я так понимаю, у них есть канал взаимодействия. Михаил Шевелёв, со слов сотрудницы ЗАГС, ответил ей, что "всё будет как обычно": я должна прийти утром в день регистрации в СИЗО, подать через дежурного заявление, получить визу начальника, а в 14:00 подъехать в ЗАГС, оформить необходимые документы и после этого совместно с регистратором выехать непосредственно в сам изолятор.

Антону я не стала сообщать об этой договорённости, так как, понимая, что все письма, которые я пишу Антону, ложатся на стол Осетровой, я решила пока об этом умолчать.

Антону же в СИЗО сказали, что для регистрации брака необходимо получить разрешение на "свидание для заключения брака".
И он соответствующее ходатайство от своего имени подал.

Я же не стала писать такое ходатайство, помня о словах начальника СИЗО и следуя принципу "не буди лихо".

Единственное, что я сделала — это написала заявление о возбуждении уголовного дела в отношении Осетровой за превышение должностных полномочий, выразившееся, по моему мнению, в фактическом воспрепятствовании реализации нашего конституционного права на регистрацию брака.

И вот, спустя какое-то время, адвокат Павел Розуван скидывает мне копию постановления, подписанную Осетровой, о разрешении свидания для регистрации брака.

Я думаю: "Аллилуйя! Никаких препятствий больше нет!"
Оказалось, что я очень сильно ошибалась.

В назначенный день — 17 июля — к 8:00 я приехала в СИЗО. Подала в окошечко дежурному заявление, выданное мне в отделе ЗАГС, копию постановления о разрешении брака, копию постановления о разрешении свидания для регистрации брака и села ждать.

Спустя примерно час дежурный сказал мне написать ещё одно заявление от руки — на разрешение свидания для регистрации брака (как позже стало понятно, чтобы именно на нём, а не на заявлении из ЗАГС, написать мне отказ).

Спустя ещё примерно час, то есть уже где-то в районе 10 часов утра, дежурный выдал написанное мной заявление с резолюцией начальника СИЗО: "В свидании отказано в связи с отсутствие разрешения органа, в производстве которого находится дело".

Я, округлив глаза, прочитала эту резолюцию и спрашиваю у дежурного: "Как же так? Вот же постановление! Вот же написано: "разрешить!" — на что дежурный только развёл руками."

Я попыталась позвонить начальнику СИЗО, чтобы прояснить ситуацию, однако меня с ним не соединили.

Я поехала в отдел ЗАГС. К сожалению, та прекрасная девушка, у которой был прямой контакт с Шевелёвым, находилась в отпуске. У второй девушки этого контакта не было. Мне было предложено три варианта:

— я отказываюсь от регистрации — и тогда нам придётся заново подавать все документы;

— я пишу заявление о переносе регистрации — тогда они перенесут дату ориентировочно ещё на две недели (но с учётом того, как Антон и я ждали встречи, это, конечно, стало бы для Антона новым ударом);

- я пытаюсь сегодня решить этот вопрос — и они ждут меня до 15 часов.