Расшифровка письма Антона:

...И снова здравствуйте, уважаемый (имя)!

Ваши письма важны для меня не только — и не столько! — как "письма", как "чтиво", ("занимающее время и сознание хотя бы на 5–10 минут"), но как чёткое, определённое указание (подтверждение) на то (того), что я в своей деятельности ВСЁ делал правильно. Более того — что делать это было необходимо. Потому что если умный и образованный человек, обладающий проницательностью для чтения между строк, способный верно и потрясающе точно определить энергетику и состояние автора по тексту, умеющий правильно устанавливать причинно-следственные связи, даёт такие оценки моей работе (читай: парадигме жизни) и активно-прилагая усилия! — поддерживает меня в моей ситуации, то такое положение вещей может означать только одно: я всё делал правильно, и всё было не зря.

Возможно, Вы и сами осознавали важность и значение для меня Ваших писем в таком ключе (под таким углом) — тогда Вам наверняка будет приятно получить подтверждение.) А если не задумывались об этом, то определённо я Вас порадую своим "признанием". )

Конечно, КАЖДОЕ письмо важно для меня — потому что каждое письмо есть, в первую очередь выражение и проявление отношения к моей деятельности (и к моей "неоднозначной личности") и поддержки.

Но "большие" письма всё-таки отличаются от "писем-пожеланий" «Держитесь!», и поэтому я счёл нужным отметить эту "важность".

Ваши ощущения о "ещё большей измотанности и усталости" правильные. "Струны психики натянуты до предела — и сознание просто устало существовать в таком невероятном режиме" — Вы вновь поразили меня своей проницательностью, уважаемый (имя)... Именно так и обстоят мои дела. Когда я писал Вам первый ответ, то я мобилизовал все силы, т. к. Ваше письмо, поразившее меня глубиной анализа, точностью выводов и "правильностью попадания", обязывало меня дать соответствующий ответ.

(продолжение) Я в юности занимался лёгкой атлетикой, и мне сейчас пришло на ум сравнение первого ответа с дистанцией 400 метров — когда силы заканчиваются где-то после двухсот метров, но надо бежать...)
А на втором письме — да, сил не было... И дело не столько даже в состоянии "взаперти в маленькой камере", не столько в пресловутом треугольнике "кровать-стол-туалет/умывальник со сторонами 1–2 метра, сколько в "пытке с сокамерниками" : за 5 месяцев ко мне переводили вот уже 16 (шестнадцать) сокамерников. Даже "простое знакомство" / притирка — это уже стресс. Плюс большинство были курящими — при том, что в моих медицинских документах прямо указано на необходимость исключения вдыхания табачного дыма (я страдаю заболеваниями ССС и ЖКТ — принимаю постоянно лекарства). Но дело даже не столько в "стрессе от смены сокамерников" и "курении", сколько в "МОЛЧАНИИ": с одиннадцатью из шестнадцати мы сосуществовали буквально МОЛЧА.

Так как шестеро были иностранными гражданами, а пятеро — людьми, которым нечего сказать, если без мата ( если Вы понимаете, о чём я).
Вот прямо сегодня забрали "курящего молчащего" (которого привели вчера) — и подселили негра, который вообще (!) не говорит по-русски. Зато "некурящий" — да. Убеждён, что всё это есть целенаправленные и намеренные действие в рамках "пытки сокамерниками". Им ЗАБАВНО.

Представить всё это вряд ли возможно... Но вы, уважаемый (имя), возможно, сможете хотя бы примерно представить этот кошмар в сочетании с "пыткой разума", которую вы смогли понять и осязаемо представить даже без моих рассказов...

Поэтому силы на исходе, да... Держусь исключительно "на морально-волевых" (400 метров!) — и с помощью писем от любимой Танечки, детей, мамы с братом и людей, как Вы...

Живу мыслями о том, что уже скоро — суд (дело у прокурора уже). Скорее бы уже посадили — и в колонию: тот самый "ужасный конец", который лучше, чем "ужас без конца". В колонии можно ходить, разговаривать и работать.

С уважением,
Антон