Руководитель местной религиозной организации "Вятская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)" Алексей Тужиков, выступая на открытии памятника религиозного назначения, публично заявил следующее:
"К величайшему сожалению по решению депутатов городской Думы ему не нашлось места в городе, а проще говоря, было отказано."

Алексей Тужиков сказал неправду: Кировская городская Дума рекомендовала местной религиозной организации "Вятская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)" установить памятник царской семье на территории Свято-Успенского Трифонова монастыря города Кирова (решение Кировской городской Думы от 20.06.2018 № 10-28).

Т.е. памятнику нашлось место в городе. И депутаты городской Думы не отказали в установке памятника в городе.

Никто из присутствующих официальных лиц не решился возразить митрополиту "при исполнении", да ещё в окружении байкеров во главе с Валентином Пугачем...

Поэтому А.Тужиков, распаляя сам себя, продолжил обличать депутатов:
"Этим решением они не прославили наш город, а вновь опозорили на всю страну…"

Опозорили наш город на всю страну. Ни больше, ни меньше.

Обличать - так обличать, наотмашь, поэтому А.Тужиков обрушился на всю власть в целом:
"...Как сто лет назад революционеры боролись и пытались полностью уничтожить Русь Святую, развратить ее народ, а часть его уничтожить, так в наше время их преемники в лице городской Думы и власти предержащие борются сегодня с историческим, национальным и духовным наследием".

Таким образом, А.Тужиков не только проигнорировал рекомендацию Кировской городской Думы о месте установки памятника (на территории Трифонова монастыря), но и публично вступил в конфликт со всей городской властью.

Зная того же Валерия Крепостнова как весьма жёсткого и даже авторитарного руководителя, полагаю, что после выступления А.Тужикова вопрос об установке "памятника страстотерпцам" на Набережной Грина (а равно в любом ином общественном месте) можно считать закрытым.

Более того, весьма вероятен демонтаж другого памятника религиозного назначения, установленного в центре Александровского сада - и его перенос "во двор" местной религиозной организации.