Расхождение между желаемым и ожидаемым числом детей указывает на репродуктивный разрыв: многие хотели бы иметь больше детей, чем считают реально возможным. В 2005 этот разрыв составлял в среднем 0,5 ребенка, в 2025 — уже 0,8. Это говорит о сохраняющихся или даже усиливающихся барьерах к реализации репродуктивных планов.
Репродуктивный оптимизм мужчин выше, чем у женщин: у мужчин ожидаемое число детей выросло с 2,0 до 2,6, желаемое — с 2,5 до 3,6. Женщины, напротив, остаются более сдержанными: ожидают 2,3 ребенка, а желают — 2,8
Наибольшее среднее желаемое количество детей наблюдается у людей среднего возраста (35-59 лет), тех кто в расцвете сил или уже прошел основной репродуктивный цикл. И этот показатель заметно вырос за 20 лет. Например, в группе 35-44 лет желаемое число выросло с 2,4 до 3,4, а у 45-59 лет — с 2,4 до 3,3.
У молодежи (18-24 года) также выросло и желаемое (с 2,1 до 3,1), и ожидаемое число детей (с 1,9 до 2,4), что говорит об укреплении позитивного образа многодетной семьи среди молодежи.
Авторы отмечают, что в целом институт брака продолжает терять однозначную ценность и универсальность.
«Мотивации становятся менее прагматичными, меньше связаны с репродуктивными намерениями менее репродуктивными и все более смешанными. И, по всей видимости, трансформация будет идти и дальше, новые поколения россиян уже сейчас воспринимают брак как символический выбор, а не обязательный этап жизненного пути, связанный с детьми и созданием семьи», — говорится в исследовании.
Вместе с представлениями о браке меняется взгляд россиян и на роль женщины в семье. Ориентация женщин на профессиональную самореализацию — один из вызовов современной демографической ситуации. Данные опроса отражают сдвиг в общественных установках в сторону более гибкой и сбалансированной модели материнства и работы. Каждый второй сегодня считает оптимальным сценарий, при котором женщина оставляет работу после рождения ребенка, но возвращается на нее по достижении ребенком трехлетнего возраста: на 16 п.п. больше, чем в 2005 году. Во многом это произошло за счет популяризации темы психологии раннего детства в СМИ и медиа: если старшие поколения жили в условиях нормы «ясли в месяц», то современные родители наслышаны о важности для ребенка контакта с матерью в первые три года жизни.
Одновременно снижается поддержка более крайних моделей — как «работать сразу после рождения», так и «уходить из профессии надолго или навсегда». Поддержка идеи остаться дома до школы или вообще полностью посвятить себя семье тоже снижается. Люди ищут модель с балансом между материнством и занятостью, без потери одного из этих компонентов.
Авторы исследования приходят к выводу, что в стране есть социальный запрос на инфраструктуру и социокультурную среду, поддерживающую семью с двумя и более детьми, и необходимость создания условий, при которых желания перестанут расходиться с возможностями.