Ищем источники прочности экономики

Все причины, по которым катастрофические прогнозы об экономике России не сбылись (возможно, правильнее говорить – не успели сбыться) в 2022 году, можно свести к двум:

1) невозможно было в такие короткие сроки корректно оценить влияние такого количества таких шоков;

2) существующие нарративы об экономике России часто сильно отличаются от фактического положения дел.

Первый пункт можно списать на излишнюю самоуверенность авторов и беспрецедентность ситуации. Все центры экономической мысли опираются на сложные модели, в которых, вероятно, оперативно подкрутили какие-то предпосылки, но этого было явно недостаточно. А аналогии с Ираном, ЮАР, Венесуэлой точно так же не способны охватить все особенности ситуации.

Но намного важнее здесь то, как Россию воспринимают.
С одной стороны был нарратив, что санкции сравнимы с «экономическим ядерным оружием», с другой – «экономика России всего 1-2% от глобального ВВП и очень примитивна», «на 70% государственная, россияне не способны к бизнесу» и все в таком духе. Предсказательная сила этих нарративов, как часто бывает, оказалась очень низкой. Тут хочется заметить, что институты, про могущество которых ходили легенды во всем мире, наоборот, себя показали в нелучшем свете.

Пример.
Попробуйте вбить в поисковик: россияне закредитованы. Увидите массу заголовков про крайне печальное положение дел. При этом уровень просроченной задолженности портфеля физических лиц составляет чуть больше 4%, держится довольно долго и сконцентрирован в сегменте потребительских займов — по ипотечному портфелю просрочка ниже 0.5%.

Более того, россияне скорее не любят кредиты, а если берут, то стремятся как можно скорее погасить. В той же ипотеке при среднем сроке кредита по договору 15-25 лет, фактическое погашение достигало 3 года (см. график ниже). То есть вместо обязательного платежа 25-30 тысяч рублей, граждане в среднем ежемесячно платили порядка 70.

Однако в 2022 году этот запас прочности стал снижаться: средний платеж, рассчитанный из оборачиваемости портфеля за вычетом рефинансирования снизился аж на 17% – до 60%. Тут одновременно работают несколько факторов:

– новые кредиты берут граждане, которые платят ближе к обязательному платежу

– снижение реальных доходов семей с ипотекой (Росстат говорит про 1%, допустим, ситуацию спасли семьи без ипотек)

– переход к более консервативной стратегии погашения кредитов в пользу сбережений (средства физлиц в банках выросли на 6.9%).

Это не объясняет загадку резкого всплеска погашений на первичном рынке в декабре. Но показывает, что запас прочности экономики явно больше, чем обсуждают в ютуб-шоу.

В продолжение темы можно почитать хорошую книгу Шиллера и Акерлофа Spiritus Animalis, где хорошо описывается, насколько сильно на мир влияют истории, которые мы рассказываем друг другу. И недавний текст на Эконсе.