парировал фриск:
нет и духа во мне,
что волю молил,
оставить возню наяву и во сне.
но ториэль завелась:
какая мысль тебя окутала?
зачем душевной войной
ты детище запутала?
малютка, безгрешный совсем уж ребенок
а чара — токсичное говно средь пеленок!
в подвал заманила, шоколадом прельстила,
и детскую душу во тьму утащила!
запутался ты, бедный фриск, в паутине,
пока эта шлюха увязла в рутине!

решимостью пахло, горела трава..
прошел шокоеб, закружись голова!
курила там лютики чара-ошмотка,
твердила она, как в бреду, но и четко
что протеанеомин это не наркотка
а фриск все кричал: «это мрак, наркота!»
но не будь ты омежкой в объятиях зла, —
придет когнитивная, черная тьма..

хей, фриск! — чара вовсю ликовала,
и похер, что детское, — время подвала! долой это поло скорей примитивное,
нас ждёт соитие блять деструктивное!

и двое сосались — творят беспредел.
объятьем сакральным смущали умы,
фандом деградировал и сатанел,
вкушая плоды этой искренней тьмы.
азгор из кустов созерцал сей экстаз,
«какого козла?!» — взвыла тори в слезах.
король разразился тирадой из матюгов,
и аззи погряз во грехе средь грехов