Наконец-то мною побеждено произведение Томаса Харди «Тэсс из рода Д'Эрбервиллей», начатое ещё в начале осени. Всё-таки сложно читать четыре-пять книг параллельно.

Но желание закрыть гештальт оказалось сильнее новых произведений, учитывая глубокий интерес к трагической истории бедной девушки Тэсс.

Томас Харди снискал славу великого подражателя продолжателя реализма Чарльза Диккенса, и хоть это произведение достаточно «ванильное» по своей сути и близко по настроению скорее к романам Бронте и Остин, послевкусие у него с непохожей ни на что другое горчинкой.

Созданный автором многострадальный образ Тэсс из старинного рода Д'Эрбервиллей – это Ева из Британии XIX века, поруганная нечистыми силами искушения. В её истории Харди осуществляет протест к обществу.

История про сломанную судьбу и предательство, фанатичную любовь и злой рок. Апологетика этих проблем не была принята публикой и критикой, неистово осуждающей оголённую безнравственность, пессимизм Харди к догматике.

Но история красивая, за ней хочется наблюдать и переживать.

Натуралистические описание гармонируют с плеядой острых эмоций, меняющихся на одной странице несколько раз – бедное и шокирующее идёт бок о бок с чистым и красивым, а резко-динамическое с повествовательно-неторопливым.

Героиня – то падший, то возвысившийся до небес ангел, и эти роли циклично сопровождают её на протяжении короткой жизни.

История любви Тэсс и сына пастора, Энджела – одновременно классическая для британской литературы того периода и в то же время непохожая по развитию и конфликтности человеческого миросозерцания.

Есть конфликты нерешаемые, тупиковые, ведущие на эшафот. Томас Харди окунает читателя именно в такую историю, заставляет наблюдать за противным и несправедливым миром без возможности вмешаться.

Конец истории печален и в этом тоже нашлась мантра для непринимающей аудитории. Но такие истории, совершаемый катарсис, необходимо знать, чтобы прийти к пониманию, что, к сожалению, люди за сто с небольшим лет могли совсем не измениться. Но может получится вынести из этого урок тем, кто обладает хотя бы частицей сострадания?

Не знаю, что заставило меня так долго читать роман, но точно не скука или толстовская затянутость, возможно, мне просто хотелось отсрочить завершение столь трогательной истории.