Я не зря назвал «1+1» фильмом о перевоспитании: между происхождением, образом жизни главных героев существует явный контраст.
Этот контраст работает как разграничивающий и задающий содержание сюжетной рамки. В искусстве, правда, такие приёмы противопоставления не новы (литературные произведения «Хорь и Калиныч», «Братья Шелленберг», в фильмах «Солист» и «Принц и нищий», даже в изобразительном искусстве — Владимир Маковский и его полотно «Посещение бедных»).
Да что говорить, плеяда женской романистики Британии эпохи XIX века строится на любви противоположностей.
В данном же фильме два полюса человеческой души за исполнением Омара Си (Дрисс) и Франсуа Клюзе (Филипп) делятся привычками друг друга и видят в этом пленительней азарт, вызов правилам, перетекающий в глубокую дружескую привязанность.
Бакари «Дрисс» Бассари выходец из эмигрантской многодетной семьи, заигрывающий с буквами закона и пытающийся нехитрым путём получить пособие, одному богу известно, на что в будущем потраченное.
— А вам знаком Шуберт, Шопен, Берлиоз?
— Знаком ли мне Берлиоз? Удивительно, что вам знаком Берлиоз.
— Я по нему специалист.
— Да ладно, кого вы там знаете? Из какого дома?
— Что значит из какого дома? Нет, послушайте, это сейчас Берлиоз — район Парижа, а в 19 веке Берлиоз был композитором, писателем и критиком.
Этот комичный диалог героев сразу расставляет акценты: каждому герою своё.
Политически обозревая «1+1» действительно можно сказать, что кинофильм является памфлетом миграционного коллапса: загрязнённые и узкие улочки с переполненными комнатушками, в которых ютится добрый десяток афроамериканцев, курение травки по ночам и сомнительные персоны на чёрных «Мерседесах». С этой ретроспективы фон картины вгоняет в апатию, всё также контрастируя с ярким, светлым и просторным особняком Филиппа, по которому суетится, зная о своём распорядке, ухоженная прислуга.
Хотелось бы конечно затронуть тему грязной свободы и опрятного служения, но это отдельная тема))
Конечно, тема, затронутая Максимом не главная в работе, служащая скорее средством выразительности (кино-метафорой для сравнения), нежели проблематикой, но даже за её завесой можно обнаружить вполне пресловутую пищу на пожевать: гнилой мир серой обыденности почти что трущоб безграничен, опасен (спойлер: фингал, полученный братом Дрисса бог знает где). И этой бездне социального упадка действительно нет конца, а варящиеся в его котле жители обречены.
И всё это следствие не менее пресловутой политики открытых дверей евролибералов, которая с горем пополам может перейти в более-менее живой проект мультикультурализма, да и то доказавший состоятельность только в Канаде и Австралии. А учитывая гнёт со стороны правых популистов в современной Европе, позиции действительно могут сделать динамичный финт на 180°, и плохо тут будет уже не только мигрантам, но и тем, кто с высоко поднятой головой ратует за их интеграцию и, как мы видим, не вполне успешную.
Резюмируя, можно сказать, что мигрантов в районах Парижа политически всё-равно ничего хорошего не ждёт и всё-таки как хорошо, что по примеру фильма, учить добру может не только политик, но и человек, необременённый этим званием. А
человек, научившийся ценить человека по-человечески не заслуживает критики, даже если раньше из человеческого у него было только три Великие русские буквы.P.S. Безмерно трогает реальность самой истории, описанной Оливье Накашем и Эриком Толенадо.