Егор Сергеев и его путь поэтической эволюции длиной в 15 лет. Он побеждает в конкурсах, работает с медиа и федеральными каналами, создаёт арт-проекты и строит собственную литературную вселенную, оставаясь в контексте времени. Его творчество ценят Захар Прилепин и Владимир Мединский.

Мы поговорили с Егором. О поэзии вне гетто, верлибре и форме, поэтических сообществах, вдохновении как ловушке, кошмарах, ставших основой для «Конечной», ошибках в жизни и о том, почему поэзия по-прежнему имеет над ним абсолютную власть.

Серафима Ананасова для Редакции А. Войнова

Полное интервью читайте на нашем сайте

С. А.: Какая твоя главная социальная роль после поэта? Егор Сергеев в первую очередь — поэт, а во вторую — кто и почему?
 
Е.С.: На этом втором месте было, кажется, уже много чего. Когда-то там был студент, когда-то врач, когда-то сын-муж-отец-брат. Сейчас сложно выделить и поставить на второе место что-то одно. У меня много сфер жизни и деятельности: эссеистика, сценаристика, бизнес, наука, музыка, уже упомянутая мной метавселенная, сейчас вот ещё арт-группа и какое-никакое культуртрегерство, прости господи (никогда не мог произнести это слово). Ни что из этого – не хобби, всем я занимаюсь серьёзно и в разной степени профессионально, всё имеет горизонт и вектор развития, всё либо монетизируется, либо приносит иные, нематериальные эквивалентные результаты. А есть ведь ещё и какая-то личная, человеческая жизнь. И ещё религия, играющая важную роль сейчас. Всё вот это вместе – одно большое второе место. Ничего нельзя убрать, ничего нельзя принизить, всё важно, всё подпитывает друг друга – это ансамбль. Только поэзия – важнее всего, у неё абсолютная власть, вето и приоритет.

Полное интервью вы найдете на нашем сайте

#интервью
🧳 ред. андрея войнова
🧳 поэты и художники