Он оторвался. Так нехотя, словно кто-то потянул его за край футболки. Джисон в свою очередь сидел с широко распахнутыми глазами. Губы едва приоткрылись, словно хотели что-то сказать, но слова не шли. Застряли, будто чужие руки крепко держали его за горло.
— Ханни, — шепнул старший. — Я хочу тебя.
Для Хана мир остановился. Стих, оставляя лишь его и Минхо. Взгляд едва дрогнул, а грудь распирало, словно стая птиц билась о рёбра. Минхо лишь бегал глазами, пытаясь зацепиться за его реакцию.
Их губы встретились. Снова.
Но в этот раз инициатором был Хан. В этот раз Джисон действовал увереннее. Направлял Минхо, углублял поцелуй, покусывал его губы. Делал всё, чтобы показать Минхо: его желание было услышано. Было принято.
Минхо закрыл глаза сильнее, пытаясь угомонить ураган внутри, но то, как Джи себя вёл...
Так уверенно, немного властно. Минхо просто потерял голову. Растворился в этом моменте, желая насладиться Джисоном. Полностью и без остатка.
Едва они оторвались друг от друга, как спина Джисона уже плотно уперлась о край дивана, а одежда валялась где-то внизу.
Минхо застыл.
Впервые он видел Джисона без одежды в реальности, а не в фантазиях. И этот вид разрывал голову изнутри. В один момент все мысли пропали, словно их и не было. Минхо не хотел думать. Не хотел размышлять. Просто окунуться в этот момент. В момент, где есть Джисон.
Розовая, липкая головка дотронулась до крепко сжатых нервных окончаний. Джисон глухо выдохнул, пытаясь расслабиться, но тело каждый раз пробирало мелкими судорогами. На его месте каждый бы убежал, выгнал из квартиры, но «неправильность» их действий манила Джисона ещё больше, не давая и малейшего шанса на прекращение.
Одним мощным, глубоким толчком Минхо заполнил Джисона.
Целиком, до отказа, лишая их обоих возможности думать о чем-либо, кроме захлестнувшей страсти. Минхо не верил происходящему, и этот эффект нереальности усиливал ощущения.
Движения были быстрыми, жесткими, не оставляющими времени на привыкание. Джисон шумно выдохнул, выгибаясь от внезапной боли и острого удовольствия.
Каждое его движение обрезало связь с реальностью. Каждый толчок был глубоким. И каждый раз по телу разливались волны.
И в этом моменте они потерялись. Утонули друг в друге.
— Ещё, прошу... — хрипнул Джи.
Старший продолжал двигаться всё быстрее.
Стоны становились громче, воздух лип к коже, а дышать было почти нечем. В один момент член стукнул по комочку нервов. Нашёл центр острых ощущений. Хан прикрыл глаза, теряясь в процессе, в сбитом дыхании, в чужом тепле, которое сводило его с ума.
Рука младшего скользнула вниз, наощупь находя твердый член.
Каждое прикосновение заставляло сердце сбиваться с ритма. Джисон судорожно вдохнул, ощущая, как по телу проходит горячая дрожь. Ритм руки синхронизировался с грубыми толчками старшего. Пальцы скользили по каждой венке, массировали головку, пока с губ слетала симфония. В паху нарастало напряжение, выбивая из Хана те самые заветные слова.
— Я сейчас... — выдохнул Хан.
И Минхо не остановился. Лишь продолжал бить по простате. Снова и снова. Финальные толчки были глубокими. Пронзительными.
Джисон кончил с громким стоном, зарываясь носом в шею старшего. Минхо кончил следом, заполняя собой каждый миллиметр внутри Хана.
Пару секунд они лежали неподвижно, улавливая стук сердец, который непристойно обрывал тишину.
— Ханни, — начал Минхо. — Я давно хотел тебе сказать...
Не успев договорить, парень ощутил чужое прикосновение. Джисон поцеловал его. Мягко, робко. И, казалось, в этом жесте и таился ответ. Взаимность Джисона, которую Минхо так жаждал услышать.
ЛИМИТ ДЛЯ СЛЕДУЮЩЕЙ ЗАРИСОВКИ: 40 РЕАКЦИЙ И 10 КОММЕНТАРИЕВ
Коллаб с мамой Ли.