Валентин Гафт:

"Театр должен жить, хоть он иногда и ошибается. ...Раньше в театр ходили люди, которые не находили ответа ни в газетах, ни на радио. Когда в театре произносились какие-то острые вещи, это было... счастьем. Сейчас этого мало. Сейчас театр переживает, мне кажется, время тяжелое. Народ зомбирован, его приучают смотреть чушь. Рождается поколение, не знающее своего прошлого и не имеющее понятия, куда идти.
Театр превратился не в кафедру, с которой говорилось бы о жизни, о проблемах, а в какое-то откровение эротических проявлений человека — его физиологии. Это откровение абсолютно оторвано от психологии, от местоположения, от происходящих действий... Все стало легкомысленно, быстро, а сам человеческий процесс — его психология — остается на десятом плане".