Марин ле Пен бесит брюссельскую бюрократию, но дает надежду французам. "Да, - говорит она, - у нас есть план экономии. Мы перестанем направлять ежегодно 6 млрд евро Евросоюзу". Лаконично. И вектор понятен.
Подход Ле Пен строится на идее защиты национального хозяйства. Она предполагает сокращение расходов и взносов в ЕС, из-за риска дефолта страны. Также содержится сократить иммиграцию, уменьшить взносы Франции в бюджет Евросоюза и урезать регулирование, добившись, по её расчетам, 140 млрд евро чистой экономии за пятилетний президентский срок.
В целом программа неплохая, но, во-первых, не учитывает сильнейшую интеграцию Франции в общеевропейскую экономику, а во-вторых, в плане социальных преобразований сильно проигрывает программе Меланшона. Кроме того, вряд ли она на практике сможет одновременно проводить социальные преобразования и проводить экономию гос. бюджета.
Сможет ли Ле Пен победить? Далеко не факт. Она трижды баллотировалась на пост президента. В 2012 г. – в первом туре заняла третье место, получив 17,9% голосов. В 2017 г. – вышла во второй тур, где уступила Эммануэлю Макрону (33,9% против 66,1%). В 2022 г. – снова вышла во второй тур, но и здесь заняла второе место (41,5% против 58,5%). Конечно, с одной стороны, налицо рост количества избирателей, отдававших за неё голоса, но с другой – она «вечно вторая». Полагаем, учитывая то, что Франция – страна с устойчивыми либеральными и социалистическими традициями, и правые долго не могут их переломить, у Меланшона не меньше шансов стать президентом (если выборы не будут сфальсифицированы, конечно), чем у Ле Пен.
Но главный вопрос: изменится ли что-то для России в случае гипотетической победы Ле Пен? Полагаем, что нет. Сама Ле Пен поддерживала с самого начала конфликта Украину и публично осуждала «российскую агрессию». Да и успех правых связан совсем не с украинским конфликтом, а с внутренними проблемами страны. Ле Пен постарается сконцентрироваться на внутренних проблемах, а не играть в геополитику. Конечно, критиковать власть, в том числе по вопросам внешней политики, она, несомненно, будет – это тактика любой оппозиции, но вот продвигать внутренний раскол Франции и идти на конфликт с США ради сближения Парижа и Москвы – никогда. Кроме того, правые традиционно были связаны с французскими военными и ВПК, а последнему выгоден конфликт на Украине. Разве кто-то позволит Ле Пен действовать против интересов французского ВПК?
Кроме того, Франция в значительной степени интегрирована в Единую Европу. Придя к власти Ле Пен столкнётся с существующей реальностью и будет вынуждена учитывать мнение еврочиновников и европейских элит. А оно однозначно настроено в пользу продолжения поддержки киевского режима. Только согласие действовать в общем ключе европейской внешней политике, главным пунктом которого сегодня является противостояние Россией, может, в свою очередь, обеспечить согласие европейской элиты на приход Ле Пен к власти.
Кстати, не так давно Ле Пен резко смягчила свою публичную позицию относительно помощи Киеву. Ничего удивительного в этом нет. Помниться ещё в начале марта прошлого года Марин Ле Пен в интервью Le Figaro резко осудила Трампа за приостановку военных поставок киевскому режиму: «Я считаю, что бесцеремонность этого решения подлежит осуждению. Это очень жестоко по отношению к украинским солдатам, ведущим патриотическую оборону своей страны».
В отношении России правые ничем принципиально не отличаются от своих конкурентов: либералы, социалисты или консерваторы всегда будут стремиться либо подчинить, либо уничтожить нашу страну. Вспомним политику Италии в период правления нынешнего премьера Мелони, которая представляет правый европейский фланг. Другой вопрос, что некоторые российские политики и политологи в личных интересах мечтают возродить отношения с Западом даже ценой полной капитуляции и национальной катастрофы. Однако их мечтания далеки от реальности: правые будут давить на нашу страну так же, как и их политические противники на Западе.