«Без вас мы, солдаты, обречены на провал. Но провал — не вариант», — подчеркнул Бройер.
Он также отметил, что военные стратегии безнадежно устаревают сразу после их подписания из-за скорости технологического развития, а Россия «учится, копирует и адаптируется».
Фактически речь идет о переходе от модели, в которой оборона считается исключительно задачей армии, к системе «тотальной обороны». В немецкой концепции обороны уже предусмотрено участие полиции, пожарных служб, органов власти, компаний и граждан. В числе возможных угроз называются не только военное нападение, но и кибератаки, диверсии против энергетики и транспорта, атаки на больницы и информационные кампании.
В мае 2026 года правительство ФРГ утвердило «Пакт защиты населения» — программу стоимостью €10 млрд до 2029. Средства пойдут на закупку более 1000 спецмашин, модернизацию систем оповещения и создание центральной командной платформы. Новый подход отказывается от строительства отдельных бункеров холодной войны — вместо этого под укрытия приспосабливают подземные парковки, тоннели и станции метро. Существующие 579 бункеров вмещают лишь 480 тыс. человек при населении страны свыше 83 млн.
Одновременно Берлин ускоряет перевооружение Бундесвера. Власти рассчитывают существенно увеличить военные расходы и довести вооруженные силы до уровня, позволяющего «выполнять задачи национальной и коллективной обороны». Сам Бройер ранее говорил о необходимости достижения соответствующих возможностей к 2029 году.
Параллельно меняется и подготовка личного состава. Германия усиливает противодронную оборону: с июля 2026 года все виды вооруженных сил и организационные подразделения Бундесвера должны получить собственные подразделения быстрого реагирования по борьбе с беспилотниками.
Кроме того, Германия рассматривает себя не только как страну, которую необходимо защищать, но и как ключевой логистический узел НАТО. Согласно оперативному плану «Германия» (Operationsplan Deutschland, OPLAN DEU) объемом более 1000 страниц, утвержденному в начале 2024 года и обновленному в в 2026-м, в случае конфликта через территорию Германии будут переброшены до 800 тыс. военнослужащих стран НАТО и 200 тыс. единиц техники в течение 6 месяцев. Германия становится логистическим хабом, и без поддержки гражданских коммерческих партнёров — транспорта, связи, медицины, снабжения — эта задача невыполнима.
Берлин постепенно переводит оборонную политику из режима реагирования в режим постоянной готовности. Государство прямым текстом говорит гражданам, что при серьезном конфликте привычного разделения на «армия воюет, население живет обычной жизнью» больше не будет.
Когда генералы и политики страны начинают сообщать обществу, что без них военные не справятся — это явный признак того, что что-то пошло не по плану. Но в последние годы именно немецкое общество последовательно отказывает милитаристам — на выборах, в опросах, в СМИ и соцсетях. Причем отказывает настолько настойчиво, что после того, как в прошедшее воскресенье экзит-полы показали, что ультраправая «Альтернатива для Германии» одерживает вторую победу за две недели, канцлер Германии Фридрих Мерц назвал прошедшие в воскресенье выборы в северо-восточной земле Мекленбург-Передняя Померания «катастрофой».
План немецких политиков довести страну к 2029 году до «полной боеготовности» встретил невидимый барьер — сопротивление самих немцев. А если общество не хочет войну, но военным она нужна срочно и к определенной дате… не ждать ли нам провокацию, которая заставит граждан добровольно-принудительно поддержать планы политиков и военных, уважаемые читатели?