Открытие памятника организатору «Марша справедливости» могло бы стать изящным политтехнологическим отточием для вышедшей на финишную прямую налоговой реформы.

Пригожин обострил (до максимума) запрос на справедливость.
Правительство (по наказу президента) «добавляет справедливости» перераспределению доходов в стране.
Казалось бы, «дело «Вагнера» живет и побеждает». Особенно, если вспомнить еще и масштабные чистки в Минобороны.
Но есть нюанс.

Провал пригожинского мятежа едва ли не в большей степени, чем действиями силовиков, был обусловлен сохранением в стране достаточно большой прослойки, которой есть что терять в случае демонтажа существующих госинститутов.
И это не только «олигархи», «топы» госкомпаний и чиновники, доля коих по отношению к общей численности российского населения всё-таки ничтожно мала.
Чего нельзя сказать о среднем классе, чье прибавление и укрепление долгое время отличало путинскую Россию от ельцинской, обеспечивая главную социально-экономическую защиту от «великих потрясений».

При этом до сих пор повышению благосостояния и лояльности «среднеклассников» в значительной мере способствовала «плоская» шкала НДФЛ (кстати, введенная именно на заре путинского правления).
Экономически активные граждане (не все, но большинство) по умолчанию соглашались быть менее политически активными в обмен на отказ власти произвольно решать, кто из них должен отдавать казне больше, а кто – меньше.

Нынешняя налоговая реформа дезавуирует этот негласный пакт. Как в начале предыдущей путинской каденции пенсионная реформа обнулила мечту о «земном рае» в виде скорой безбедной старости.
Кто-то из 2 млн, которых, согласно Минфину, затронет повышение подоходного налога, возможно, и закажет футболку «Коротко о себе: НДФЛ 15%».
Но у слогана «Not taxation without representation» -- тоже высокие шансы на востребованность.
И они тем выше – чем меньше политическая система будет склонна учитывать интересы этой категории налогоплательщиков.

Иными словами, одна политизация порождает другую.
Попытка купировать угрозы, обозначенные пригожинским мятежом, не сделала запрос на справедливость менее острым. Просто теперь он будет исходить (ещё и) от другой части общества.
Что никоим образом не останавливает энтропию стабильности.