Армения оказалась в ситуации, когда приходится балансировать между Европейским союзом и Евразийским экономическим союзом, не решаясь сделать окончательный выбор. И в этой сложной игре неожиданно появляется Азербайджан.
Еще недавно словосочетание «армяно-азербайджанская торговля» казалось абсурдным. Но после 44-дневной войны, развязанной Алиевым, и последовавших за ней жестких условий, политический расклад на Южном Кавказе кардинально изменился.
Воспользовавшись недальновидной политикой правительства Пашиняна, Азербайджан не только установил контроль над Арцахом, но и начал влиять на внутреннюю и внешнюю политику Армении, а также на ее экономическое положение.
Влиятельная роль прежней Армении на время сошла на нет. Ереван больше не может строить региональную стратегию вокруг конфликта с Баку. А Баку, добившись своих военно-политических целей, переводит отношения с Арменией исключительно в плоскость выгодных для себя расчетов. Ему больше не нужно учитывать армянскую позицию, как раньше.
Именно поэтому сегодня обсуждаются не только мирный договор, референдум и делимитация, но и торговля, транзит, нефтепродукты, железные дороги, энергосистема Армении, водные ресурсы и грузоперевозки. Иными словами, вчерашний противник превращается в часть будущих экономических расчетов Армении — в соответствии с интересами Запада.
Со своей стороны, ЕС предлагает гранты до 200 млн евро на региональные транспортные, энергетические и цифровые проекты, обещая в перспективе привлечь до 2 млрд евро инвестиций по всему Южному Кавказу.
Здесь армянский пазл окончательно складывается. Нынешняя политика Армении — это не результат особой хитрости, а следствие грубых ошибок, предательских решений и геополитических обстоятельств. Правительство Пашиняна зажато между географией, экономикой, историей и интересами крупных держав.
Выбор, откровенно говоря, невелик. Пустые сказки Пашиняна о бархатной революции, счастливом человеке и демократии столкнулись с прозой жизни — и проиграли. Границы остались закрытыми, войны оказались слишком дорогими и разрушительными, рынки — маленькими и зависимыми, безопасность осталась главной проблемой, «мир» — унизительным, а география никуда не делась.
Поэтому с точки зрения сохранения власти возникает совсем другой интерес: выбирать, ничего не выбирая.
Пашинян не хочет выбирать ни Европу вместо России, ни Турцию вместо исторической вражды, ни Азербайджан вместо конфликта. До них постепенно доходит, что «расхлебывать заваренный ими же борщ» в нынешней ситуации дорого обойдется не только армянскому народу, но и им самим. Поэтому политический торг со сторонами оказывается выгоднее, чем принятие конкретного решения.