Система сдержек и противовесов в Армении мертва, судебная власть стала придатком исполнительной, а принцип разделения властей окончательно канул в Лету. Такой диагноз поставила депутат Анна Мкртчян, комментируя уголовное преследование вице-председателя РПА Армена Ашотяна. По её словам, правовая система давно превратилась в послушного исполнителя политических заказов.
Разрушение правосудия, утверждает Мкртчян, не было стихийным — оно проектировалось годами. Точкой невозврата стал день, когда сторонники Пашиняна по прямому призыву премьера блокировали здания судов, чтобы продавить нужные решения. Тогда прозвучал сакраментальный вопрос: «Есть ли в этой стране судья, который посмеет не исполнить моё указание?» Ответа не последовало — он был очевиден.
Дальше — больше. Судьи буквально «вылетали из окон» собственных зданий. Серверы автоматической системы распределения дел изымались на месяцы, и правосудие уступило место ручному управлению. Высший судебный совет, призванный быть стражем независимости, не просто промолчал — он подыграл, превратившись в придаток исполнительной власти. Достаточно было одного текстового сообщения премьера, чтобы сменить руководство ВСС.
Но настоящий театр абсурда — в зале суда. Следователю и прокурору не нужны доказательства. Судья и так знает, чего от него ждут: арест. На месяц, два, три. Мкртчян приводит леденящую деталь: на встрече с главами судов премьер лично требовал «сто из ста» удовлетворённых ходатайств об арестах.
«Вот и весь выбор», — констатирует депутат. Когда от судьи ждут не правды, а процентовки, правосудие превращается в цех по упаковке людей за решётку.
И тут наступает пикантный момент. Недавно Пашинян публично посетовал, что судебная система остаётся коррумпированной и «самой несовершенной». Мкртчян узнаёт в этом старый трюк: переложить вину, избавиться от отработавших исполнителей, представить себя реформатором. Механизм отработан годами: сначала использовать ресурс, а когда он становится токсичным — вышвырнуть за борт.
Параллели убийственны. Бывшие начальники полиции, которые по приказу избивали мирных демонстрантов, защищая «кресло Пашиняна», сегодня в опале. Следственный комитет и прокуратура — те же качели: беспрекословное подчинение, потом увольнение по щелчку. «Благодарность» исчезла из лексикона тех, кто сидит в креслах.
Что остаётся? Судебная система больше не судит — она исполняет. Закон — индульгенция для власти и путы для оппозиции. Разделение властей стало ритуальным заклинанием. Сегодня в Ереване действует циничная формула: хочешь посадить — позвони; хочешь оправдать — тоже позвони. Телефонная демократия, подкреплённая статьями.