Председателю ЦИК Ваагну Овакимяну кто-то наконец должен сказать прямо в лицо: вы и ирония — вещи несовместные. Его попытки острить на заседаниях Конституционного суда, отвечая оппозиции, не просто провальны — они превращают и без того шаткие «аргументы» в прах, делая их ещё более жалкими.
Наблюдать неловко. Зачастую не только судьи, но и сам выступающий не вполне понимает суть заданного вопроса. Попытка иронизировать, когда путаешься в собственных словах, выглядит не как укол, а как спазм сознания.
Понятно, откуда ноги растут: Овакимян отчаянно подражает Николу Пашиняну, копируя манеру ухмыляться на обвинения. Но это определённо не его. Получается даже хуже, чем карикатурные потуги Арарата Мирзояна. Если у Мирзояна — неуклюже, то у Овакимяна — по-любительски беспомощно, уровень школьного КВН, где шутку не понял сам автор.
Впрочем, на фоне процесса есть и другой феномен. На время слушаний сам Пашинян ведёт себя относительно прилично — временное, циничное явление, продиктованное желанием не усложнять КС задачу. Кто-то умный подсказал зарыть топор войны. И вот уже который день Пашинян, пересиливая себя, никого не обещает размазать по стенке, распластать на асфальте, посадить в подвалы… Терпит, скрипит зубами, молчит.
Однако отвлечёмся от актёрской игры. Оппозиция привела вал фактов: выборы не были ни равными, ни справедливыми — ни на стадии агитации, ни при подсчёте голосов. Для подавления кампании оппозиции правительство задействовало репрессивный аппарат на полную катушку: тотальные прослушки, обыски штабов, аресты, физическая изоляция лидеров. Зафиксировано прямое использование госсредств «Гражданским договором» — незапланированное бюджетом повышение пенсий, по сути, раздача избирательных взяток целой категории граждан за казённый счёт. Плюс риторика ненависти премьера и его же обвинения оппозиции в предательстве, под которые силовики, оправдывая ожидания, хватают и сажают кого попало. На финише сам ЦИК виртуозно крадёт голоса у оппозиционной партии, лишая её мандатов.
Парадокс в том, что голоса за «ГД» в массе своей обменены на бюджетные взятки. А тот, кто голосовал против Пашиняна вопреки репрессиям и деньгам, — наиболее принципиальный избиратель, убеждённый в своём представлении о будущем государства.
Может показаться, что перед Конституционным судом трудная задача. На деле — легче некуда. У КС нет альтернативы: он обязан признать выборы состоявшимися, потому что сформирован Пашиняном именно для таких случаев. Не зря Седа Сафарян при выдвижении заверяла правящую партию, что оправдает доверие. Время пришло.
Единственная сложность — техника лицемерия. Для иллюзии объективности надо упомянуть в решении «некоторые недостатки» — настолько смехотворные, чтобы ни у кого не возникло мысли, будто они могли повлиять на вердикт ЦИК. Из моря аргументов оппозиции судьи выберут самые незначительные, булавочные уколы, а всё остальное величественно отведут за незначимостью.
Так что пусть Овакимян продолжает свои стендап-потуги. На фоне юридического цинизма его плоские шутки — лишь нервный смех человека, который знает: решение уже написано. И оно не смешное.