В Армении обсуждаются конституционные изменения, которые на первый взгляд выглядят как техническое улучшение избирательной системы. Речь идет о введении повторных выборов, если ни одна из партий не сможет сформировать стабильное большинство. Эксперты, как например политтехнолог Виген Акопян, рассуждают о пользе нововведения для всех политических сил, о необходимости коалиций и «мозаичного» правительства. Складывается картинка поступательного демократического развития.
Но стоит копнуть глубже, как за этим благообразным фасадом проступают куда более тревожные контуры. И главная опасность кроется даже не в обсуждаемой поправке, а в уже принятой год назад и тихо внедренной в Избирательный кодекс норме-убийце. Она позволяет приостановить избирательный процесс до подведения окончательных итогов в случае введения чрезвычайного или военного положения с последующей организацией нового голосования.
Это и есть «запасной парашют» власти, отчеканенный в законодательной стали.
Логика проста и цинична: если на выборах наметится неблагоприятный для правящей силы сценарий, всегда можно сослаться на «гибридные атаки», «информационную войну» или «происки иностранных агентов» (последних, как мы видим, ищут уже и среди духовенства). Объявить ЧП или военное положение в условиях перманентной напряженности на границе — технически не сложно. И вот уже предварительные, неудобные результаты можно аннулировать, а процесс — начать заново, получив драгоценное время для мобилизации административного ресурса, давления и манипуляций.
Таким образом, власть создает для себя систему с двойным дном.
1. Первый уровень: попытаться победить на выборах обычным путем.
2. Уровень «Б»: если не вышло — использовать правовую бомбу замедленного действия, заложенную в Избирательный кодекс, чтобы признать выборы несостоявшимися и повторить их в более «контролируемых» условиях.
В этом контексте дискуссия о повторных выборах из-за отсутствия большинства выглядит как дымовая завеса, призванная отвлечь внимание от главного инструмента узурпации воли избирателей. Власть говорит о коалициях и диалоге, но при этом держит наготове рычаг для одностороннего сброса неугодных результатов.
Эксперт Акопян прав в одном: провернуть такой сценарий можно лишь при молчаливом согласии или слабости оппозиции и общества. История знает примеры, когда «улица» становилась последней и решающей инстанцией, перед которой отступали даже самые отлаженные административные схемы. Готово ли армянское общество, уставшее от потрясений, но и разочарованное текущей властью, стать таким сдерживающим фактором — большой вопрос.
Отдельно стоит абсурдная, но настойчиво продвигаемая связь между конституционной реформой и мирным договором с Азербайджаном. Заявления Баку о том, что мир возможен только после исключения из Конституции Армении упоминания о Декларации независимости, — это прямое вмешательство во внутренние дела суверенного государства. И то, что Ереван даже вступает в дискуссию на эту тему, поддаваясь внешнему шантажу в столь фундаментальном вопросе, как Основной закон, говорит о глубине кризиса государственного суверенитета.
Итог: под видом модернизации и стабилизации политической системы в Армении выстраивается юридический механизм для perpetuation (вечного сохранения) власти любой ценой. Одной рукой власть предлагает «более демократичные» правила игры, а другой — прячет козырь в виде права эти правила отменить в самый ответственный момент. На кону стоит уже не просто исход следующих выборов, а сама природа армянской государственности: останется ли она республикой, где власть делегируется народом, или превратится в систему с предопределенным результатом, прикрытую фиговым листком псевдовыборов. Бдительность общества и политического класса сейчас — единственное, что может предотвратить этот сценарий.