Мэла долго непонимала концепцию воды. Не той вкусной, которую пить, и не той гадкой, которой моют лапы, а той, которая в пруду. Особенное недоумение вызывала прозрачная гладь, этак уронишь на неё веточку и наблюдаешь, как собачка вприсядку прыгает по берегу - а ну как вода живая и кинет палку обратно? Кто-то же её держит «в воздухе»?!
Заходить в воду собака, соответственно, отказывалась категорически. Стоит намокнуть передним лапам - и мгновенно включится полный задний ход, прямо по горке, людям, уткам, чему угодно. Концепция «палку можно достать из воды и даже из под воды» вызывала реакцию «моя хозяйка ведьма!!!», а предложения опустить нос под воду даже в миску - тотальное игнорирование, независимо от вкусности предложенной мотивации.

А потом произошли жабцы. Неожиданно из деревни пришло сообщение, что с Мэлой совершенно стало невозможно гулять по вечерам - надо понюхать всех жабцов. Каждого. По всему бережку пруда. Они подозрительные, сразу и под водой, и над водой, но вроде бы не вода.

Итак, сначала жабцы покорили Мэлу, которая лазила за ними в пруд, чтобы понюхать каждого жабца. Концепция «они прячутся, но я их вижу» неожиданно позволила гулять в воде по локоть, а потом, со мной, стало можно и в речку на половину собаки залезть.

Теперь и я покорена жабцами, а сегодня выяснилось, что их можно звать ещё и жабонятками!
У меня официально новое слово-паразит!

Так вот, вашему вниманию, жабонятка!
Рекомендуется смотреть со звуком.