После такого насыщенного событиями года я голодала по отдыху. Но как только этот отдых мне выдался, я толком и не поняла сразу, что с ним делать. Ходила по квартире как неприкаянная и даже успела словить скуку утром второго дня, не зная, чем себя занять без кучи дел. Возникло желание снова удариться в них по привычке. Из головы вылетело всё, что я откладывала на потом. И вот — я только влилась, а время каникул уже подходит к концу.

Моя подруга говорит, что я каждый год катаюсь на север, как в лечебницу с белыми стенами, и это так и есть. С первыми скрипучими шагами по утоптанному снегу моя душа успокаивается, и я уже не замечаю ничего, кроме искрящегося инея на ветвях, запаха хвои и снежных увалов. Встречи с родными ощущаются глотком свежего воздуха. Поэтому уезжать отсюда каждый раз для меня — словно до крови отрывать заусенец. Конечно же я залатаю его, он заживёт, дать только ему недельку, и будет как новенький. Но иногда развивается панариций.