Год назад вышел сериал-дистопия, актуальность которого этой весной заиграла по-новому, — Years and Years («Годы»).

Действие стартует в 2019-м и продолжается следующие 15 лет. Эпизодов всего шесть, в центре событий — семья из Манчестера, которая вместе со всем миром переживает всякую глобальную дичь: катастрофы, кризисы, обвал экономики и тд.

Сходство с королем современных антиутопий — «Черным зеркалом» — есть, но у Years and Years гораздо больше связей с реальностью, а в фокусе в первую очередь — политика и экономика. Новые технологии тоже на месте, но они особо не перетягивают на себя одеяло: шоу вообще не про компы, умные приложухи и роботов. Оно про глобальные события глазами конкретных людей. Причем герои представляют разные соцгруппы (активисты/молодежь/пожилые/обеспеченные/не очень обеспеченные и все такое).

В принципе сериал был стремным и в прошлом году, но сейчас смотреть его вообще жутко: в этой дистопии слишком мало чистого вымысла и «будущего» как такового. Years and Years пугает по-настоящему. Но кто сказал, что тв всегда должно нас только развлекать?

Готовила Years and Years выдающаяся команда. В касте — дико крутая Эмма Томпсон в роли главного популиста всея Британии, шикарный Рори Киннер (кстати, это он играл в первой серии «Черного зеркала» премьер-министра, который трахал свинью), красивый и интересный актер англо-русского происхождения Максим Болдри (захотелось его еще где-нибудь увидеть). Очень годно сделан саундтрек: музыка нагнетает. Автор шоу — Расселл Т. Дэвис, сценарист «Казановы» с Дэвидом Теннантом и человек, перезапускавший в 2005-м «Доктора Кто» (а потому авторитет в родной Британии).

Дэвис вынашивал идею сериала с середины 90-х, а сценарий писал несколько лет. В итоге у него получилась катастрофически страшная история о том, что политика сегодня касается каждого. О том, что не читать новости — роскошь, которую уже давно нельзя себе позволить. О том, что все мы, где бы ни жили, тесно связаны друг с другом. Кажется, если кто-то не понимал этого в прошлом году, точно понял теперь.

«I wonder: what happens next?» — спрашивают в Years and Years.

И мне в общем-то тоже интересно.