- Я антисоциалист.
- То есть бытие не определяет сознание?
- Дело не в этом. Я бы не говорил, что социализм исключительно про то, что бытие определяет сознание. Это марксизм. Социализм несколько про другое, мне кажется. Социализм так или иначе приходит к идее всё поделить.
- Ну, равные возможности для всех.
- Нет, не то что равные возможности. Какое отношение имеет колоссальное налогообложение богатых при европейском социализме к равным возможностям? Никакого. Равные возможности прекрасны, и я считаю, что это правильно.

А социализм, как мне кажется, – это попытка унять революцию бедных тем, что у богатых отбирать превентивно. Не дожидаться, пока бедные отберут это со штыками, а по чуть-чуть отбирать заранее. И иногда в этом, в разумном зерне, все посмотрели – 5000 лет одни революции, давайте мы заранее будем отдавать.

Полностью согласен, потому что у богатого человека чаще всего есть какие-то преимущества по рождению. Он здоровый, он талантливый. Действительно нужно делиться, вообще с этим не спорю. Но постепенно социализм стал сваливаться к тому, что материальное – это вообще плохо.

И все заканчивается развалом Советского Союза. И к чему пришли? К тому, что джинсы победили.

Полный выпуск «Книжного клуба „Малева“» смотрите по ссылке.