Кливу так хорошо, когда Леон впервые кладёт руку ему на талию, чуть сжимая. Он своим бархатным голосом шепчет «Я могу задрать футболку?», и Кливу так нравится всё, чем они сейчас занимаются. Его талия неожиданно оказалась сумашедше чувствительной так близко, кожа к коже. Перед ним большие внимательные глаза Леона, его пухлые губы и полный любви взгляд. Клив целует его в уголок губ, переносицу, и Леон замирает у губ Клива, давая время оттолкнуть или примкнуть, и тогда их губы сталкиваются так нежно, что зубы сводит.

Чужая рука уже не кажется меткой на своём теле, и может когда-то Клив примет все прикосновения Леона. Клив мягко убирает руку, взявшись за изящное запястье.

Взгляд падает вниз.

— Ты когда-нибудь не сдержишься, Леон, — хмыкает.

— Да. Только когда ты будешь умолять об этом, — совсем серьёзно.

— Я не знаю, что тебе от меня нужно, если ты не хочешь меня трахнуть.

Леону даже стыдно произносить это вслух.

— Любовь. Её в тебе так много, и я хочу показать тебе всю.

Клив смущается.