В защиту ЦБ можно записать, что в черный понедельник он все-таки не покупал иностранную валюту для Минфина http://cbr.ru/statistics/Default.aspx?Prtid=flikvid (за 10.04.18 стоит цифра 0, вместо 11.6 млрд., расчеты по сделкам в понедельник прошли во вторник) Завтра, увидим, покупал ли во вторник, когда курс рубля к USD падал с 60 до 64. Думаю, что тоже нет. Вчерашние заявления Минфина, что он не будет менять ничего в правиле покупок валюты и об отмене аукциона по ОФЗ, было двойным ударом по рублю. Но в ЦБ похоже поняли, что при такой волатильности дополнительно давить на курс рубля нельзя. Не знаю, как ЦБ будет рассчитываться с Минфином потом: либо ЦБ должен купить больше валюты в другой день (это негатив), либо ЦБ сделает обратные интервенции и просто переведет Минфину валюту со своих счетов (это позитив).

Абсолютно согласен с доводами Сергея. Особенно отмечу отсутствие нормальной коммуникации ЦБ и Минфина с рынком. Почему я, случайно посмотрев статистику ЦБ, узнаю то, что ЦБ знал, а рынок должен был знать вчера/позавчера?!

Сергей Романчук
https://www.facebook.com/sergey.romanchuk.9/posts/1621744207909501
Складывается впечатление, что руководство ЦБ не проделало работу над ошибками после валютного кризиса 2014-2015 годов. В каждом комментарии сквозит уверенность в том, что и тогда “все правильно сделали", и сейчас "никаких рисков для финансовой стабильности". Слова же о том, что ЦБ безусловно примет меры, если увидит угрозу, произносятся так, что им не верят (достаточно взглянуть на вчерашний график торгов, как курс реагировал на высказывания ЦБ). Ну а как верить, если тогда рост доллара за один день с 56 до 80 рублей не был квалифицирован как факт финансовой нестабильности?

Выбрав за ориентир денежную политику, оперирующую исключительно уровнем процентной ставки и оставив валютный курс полностью свободным, ЦБ действует “по учебникам” в духе “рыночного фундаментализма”, не вдаваясь в подробности - в то, каковы рыночные механизмы, лежащие в основе этого макро подхода. Для того, чтобы курс успешно исполнял свою роль демпфера, нужно чтобы не разрушалась структура рынка (сохранилось многообразие участников рынка и модели их поведения), чтобы процесс ценообразования был рыночным. Все макро модели исходят из предположения, что каждая точка на графике спроса-предложения является точкой квазиравновесия - подобно тому, как описывает мир классическая термодинамика. Т.е. предполагается, что сам объект изучения - будь то идеальный газ под поршнем или валютный рынок является неизменным.

Однако в случае очень серьезных шоковых воздействий меняется поведение участников, и из системы, в которой релаксация происходит благодаря рациональному поведению участников, она может перейти в состояние, где этого не происходит. Например, исчезают операторы рынка - маркет-мейкеры, готовые компенсировать временные колебания спроса-предложения, возникающие в моменте кооперированного поведения клиентов. Беря на себя позицию, маркет-мейкеры исходят из оценки риска возможных потерь, которая определяется волатильностью финансового инструмента. Когда курс национальной валюты меняется на 6% за 30 минут без изменения фундаментальных условий, то происходит переоценка рисков и маркет-мейкеры исчезают как класс. Крайний случай подобного поведения мы видели на торгах 16 декабря 2014 года, когда в некоторые моменты времени на Московской Бирже вообще отсутствовали котировки на продажу валюты - стакан был наполовину пуст в буквальном смысле этого слова. Сравнивая с термодинамикой - это подобно ситуации взрыва сжимаемого газа под поршнем, когда давление меняется совсем не так, как предполагается законом Бойля_Мариотта.

Ошибка ЦБ заключается в том, что там считают, что всякие валютные интервенции вредны. Это убеждение имеет под собой основание в виде той эмпирической картины, которая наблюдалась им при экспериментах с продажей валюты осенью 2014 года. ЦБ продавал, курс краткосрочно падал, а потом вырастал до новых уровней. И наоборот, когда курс "отпустили полностью”, то он, единожды упав, далее укреплялся и в целом отслеживал изменение фундаментальных условий