Может быть кого-то и удивили результаты общероссийского голосования, а точнее подсчета от ЦИК, но только не нас и нашу подготовленную аудиторию. Северокорейские результаты им. тов. Ким Ир Сена были достигнуты за счет таких же северокорейских технологий, принцип действия которых мы подробно препарировали в своих публикациях.
Пандемия, которая стала эффективным политическим инструментом на службе Кремля, стала поводом для создания «эксклюзивных» условий для всевозможных фальсификаций. Как мы и сообщали неоднократно ранее, убивая искуственно нагнетаемую интригу, результат уже был обеспечен досрочно за счет «плебисцитного избирательного беспредела» - голосование регулировалось не федеральным избирательным законодательством с соблюдением всех традиционных избирательных прав, а специальным законом «О поправке в Конституцию», который освобождал организаторов от ограничений и полноценного общественного контроля. Глава ЦИК Памфилова метко описала этот принцип как «ничего не запрещено», поэтому можно было все, в том числе устраивать экзотическое голосование на пеньках и лавочках. В этих тепличных для фальсификаторов условиях нарисовать можно было любой результат - цифрам «ЗА» в итоговых протоколах удивляться не стоит, хорошо, что не 143%. А вот, что вызывает особую тревогу, так это попытки Кремля "обнулить выборы" - перенести "успешную практику" этой "эксклюзивной акции", как ранее называла плебисцит Памфилова, и на реальные выборы.
Чуть сложнее было сделать явку, но и здесь мы не сомневались в том, что в АП с этой технической задачей справятся. Выручило голосование в течение недели, голосование вне участков без уважительной причины (обход социальных категорий граждан), голосование на предприятиях (т.н. «корпоративная мобилизация»), электронное голосование и старые-добрые приписки, когда люди приходили на участки и обнаруживали, что они уже проголосовали (здесь в чистом виде эксцесс исполнителя, приписывать нужно было ближе к закрытию участков). К слову, голосование «Против», подстегивающее явку, также абсолютно устраивало Кремль, и даже активно провоцировалось среди оппозиционно настроенного электората.

Единственная интрига, за которой интересно было наблюдать, так это корректировка плановых показателей по явке. Сначала ставилась задача в 33 млн голосов (больше, чем голосование по конституции 1993 года), но когда вошли во вкус то замахнулись уже на 50 млн голосов (больше половины избирателей), чтобы, как это посчитали в Кремле, не было никаких вопросов по поводу «легитимности».