Маквей рассказал мне о своей идее (которая, как мне кажется, может иметь определённые основания): некоторые антиправительственные элементы американских правых и левых на самом деле имеют между собой больше общего, чем
обычно принято считать, и этим двум группам следовало бы объединить усилия. Это привело нас к обсуждению, хотя и весьма краткому, вопроса о том, что вообще представляет собой «правые».
Кто такие правые?
Я отметил, что слово «правый» в политическом смысле изначально ассоциировалось с авторитаризмом, и задался вопросом, почему некоторые радикально антиавторитарные группы (например, «Свободные люди Монтаны») относят к правым вместе с откровенно авторитарными фракциями. Маквей объяснил, что американских ультраправых можно условно разделить на две ветви: фашистско-расистскую и индивидуалистическую, или ориентированную на свободу, которая, как правило, не является расистской. Он не знал, почему эти две ветви объединяют под общим названием «правые», но предложил критерий, по которому можно отличать левых от правых: левые (в современной Америке) обычно не любят огнестрельное оружие, тогда как правых оно, как правило, привлекает.
Увлечение огнестрельным оружием
По этому критерию самого Маквея пришлось бы отнести к правым. Однажды он спросил меня, какую винтовку я использовал для охоты в Монтане, и я ответил, что у меня были винтовки калибра .22 и .30-06. Позже Маквей заметил, что одним из преимуществ винтовки .30-06 является возможность использовать бронебойные патроны. Я спросил: «А зачем мне вообще могут понадобиться бронебойные патроны?» В ответ Маквей намекнул, что однажды мне может понадобиться стрелять по танку.
Я не стал с ним спорить, но если бы счёл это стоящим усилий, то мог бы дать очевидный ответ: вероятность того, что мне когда-либо придётся стрелять по танку, крайне мала. Думаю, Маквей прекрасно понимал, что такая необходимость вряд ли возникнет — как у меня, так и у него самого, если только он не вернётся в армию.
Образ Маквея
Моё предположение состоит в том, что Маквей был похож на многих людей правых взглядов, которых привлекает мощное оружие само по себе, независимо от того, понадобится ли оно им когда-нибудь на практике. Такие люди склонны придумывать оправдания, зачастую весьма надуманные, для приобретения оружия, в котором у них нет реальной необходимости.
Однако Маквей не соответствовал стереотипному образу ультраправого радикала. Я уже упоминал, что он говорил об уважении к культурам других народов, и в этом звучал почти как либерал. Он определённо не был злым или враждебным человеком, и я не замечал в нём какого-либо чрезмерного патриотизма. Подозреваю, что по своей природе он был искателем приключений, а в Америке после закрытия фронтира осталось мало места для людей такого склада.
Взрыв в Оклахома-Сити
Маквей никогда не обсуждал со мной взрыв в Оклахома-Сити и никогда не делал каких-либо признаний в моём присутствии. Я ничего не знаю об этом деле, кроме того, что сообщали СМИ, поэтому не собираюсь высказывать мнение о том, совершил ли Маквей то, в чём его обвиняют.
Однако если предположить, что взрыв в Оклахома-Сити был задуман как протест против правительства США в целом и против действий властей в Уэйко в частности, то я считаю этот теракт плохим поступком, поскольку он был неоправданно бесчеловечным.
– хистори
ܸ #𝒜dmintakes 𝄄 truebase.cf