🌟🌟🌟
ФАКТЧЕКИНГ: существует ли вообще стокгольмский синдром?

На фотографии из первого тейка изображён не Ян Ульссон, а другой не менее известный преступник — Кларк Улофссон. А вот этот мужчина в очках — Ян-Эрик Ульссон.

Только вот не спешите себе это присваивать. Появление новых терминов в психиатрии порождает множество вопросов и проблем, а официальное признание болезнью может затягиваться на многие годы.

Стокгольмский синдром официально не признан болезнью и до сих пор оставляет после себя множество вопросов без ответов.
Психолог-криминалист Нильс Бейерот, первым официально придумавший термин «нормальмсторгский синдром», не встречался лично с заложницами, не разговаривал с ними и сделал выводы на расстоянии.

Кристин Энмарк, главная защитница преступников, которая спорила о происходящем даже с премьер-министром Швеции, позже скажет:

«Идеальная заложница — это женщина, которая держит рот на замке и думает, что полиция её защитит, — заявила Энмарк много лет спустя после ограбления. — А когда появляется кто-то вроде меня, кто говорит обратное? Надо лишь назвать это нездоровым, безумным, вместо того чтобы анализировать то, что делала полиция».

Некоторые психологи с ней согласны, считая, что женщина могла поступать рационально и проявляла мягкость по отношению к преступникам лишь ради собственной безопасности.

«Добрый и злой грабитель»

И ещё один факт. Помимо Яна, ещё одним действующим лицом был Кларк Улофссон, которого потребовал к себе Ян-Эрик Ульссон.

Кларк прибыл к ним и оставался там все эти дни, изменив атмосферу в захваченном здании.

Энмарк проявила эмпатию именно к нему, ведь Ян вёл себя очень нервно и угрожал их убить, а с появлением Кларка ситуация улучшилась:

«Мы были очень рады, что привезли Кларка, потому что ситуация стала совершенно иной. Он утешал меня, держал меня за руку. Он сказал: „Я позабочусь о том, чтобы Ян не причинил тебе вреда“».

Так что да, синдром никак официально не признан. Согласно данным ФБР о более чем 1200 случаях захвата заложников с баррикадированием преступников в зданиях, стокгольмский синдром отмечался лишь в 8 % случаев.

Довольно интересная тема: синдром или травматические отношения?

Поведение жертв может быть обусловлено защитной реакцией и проявленным вовремя рационализмом, а ваши отношения с партнёрами или родителями могут говорить уже о чём-то другом — например, об идентификации с агрессором, о которой писала младшая дочь психиатра Зигмунд Фрейд — Анна Фрейд. Только вот об этом — как-нибудь потом…

А что насчёт фанаток? Людей часто может тянуть к неординарным фигурам, совершающим «необычные вещи». Здесь дело может быть вовсе не в каком-то синдроме, а в нездоровой тяге к таким персонам и попытке найти похожих на себя людей.

Так что вот: проверяем информацию, ищем и изучаем. Надо смотреть на всё с двух сторон медали. И, блять, сука, ебал я в рот Википедию.

– хистори
#𝒜dmintakes 🌟🌟🌟