Готова ли Европа к сценарию «эскалации» демографически – исторический контекст

Продолжаем размышлять над возможными сценариями, по которым может развиваться европейская безопасность к 2030 году в зависимости от исхода конфликта на Украине. Теперь хотим остановиться на ограничениях демографических ресурсов Европы. Серьезным «драйвером» или, как минимум, необходимым условием вовлечения Германии в две мировые войны было демографическое давление. Как его можно измерить?

Рост населения. За 40 лет, предшествующих началу 1ой мировой, население Германии выросло на 60%+ до 67 млн человек в 1913 г., однако перед началом 2ой мировой темп роста населения Германии был ближе к современным темпам – всего около 6% с 1927 по 1937 г. до 68 млн человек (с 1938 г рост населения начался за счет присоединения новых территорий, прежде всего Австрии и Судетской области Чехословакии). При этом, хотя коэффициент рождаемости (около 1.7 ребенка на женщину) был в 1933 г выше, чем в современной Европе (1.34), но все равно ниже уровня естественного воспроизводства. Сейчас демографическая ситуация в ЕС еще хуже: население практически не растет «органически» - за 10 лет (с 2015 по 2025 г) +1.8%. Германия с +2.9% до 83.6 млн человек выглядит только чуть лучше. Рост населения поддерживается исключительно за счет миграции: +46 млн мигрантов в 2015-2024 гг (гражданство выдали 7.7 млн в 2016-2024 гг) в сравнении с около 451 млн населения ЕС. В отличие от предвоенной Германии, где рождаемость хотя и стартовала с низкого уровня, но росла (к 1939 вышла на 2.5), в Европе рождаемость продолжает падать (Германия сейчас 1.36). То есть в преддверии второй мировой (в отличии от первой), как собственно и сейчас, Германия не находилась под давлением роста населения.

Возрастная структура населения. В 1910 году, то есть в преддверии 1ой мировой, доля населения Германии младше 20 лет составляла 44%, в 1933 г – в год прихода Гитлера к власти и начала милитаризации– около 31%. Для сравнения, сейчас доля населения ЕС младше 20 лет составляет всего 20%, а в Германии – предположительном «локомотиве» ремилитаризации, еще меньше – 18.6%. То есть в современной Европе отсутствует и сокращается главный ресурс для масштабной военной эскалации – молодежь. При этом политически в современной Европе все большее значение играет старшее поколение, которое по определению более консервативно. Доля старшего поколения (65+ лет) в ЕС составляет около 22% (в Германии столько же) по сравнению с Германией 1933 г – 7.1% (4.9% в 1910 г.).

Безработица! При относительно скромных темпах роста населения основным источником человеческих ресурсов, предоставившем возможности для ускоренной милитаризации Германии, был огромный уровень безработицы - 36% в 1933 г (44% в 1932 г). Если сравнивать по уровню безработицы на пике Великой депрессии в 1932 г, то Германия пострадала больше других европейцев. Следующей была Бельгия с 32%. Для сравнения у Великобритании было всего 22% (оценки Walter Galenson and Arnold Zellner, International comparison of unemployment rates, 1957). То есть Германия могла проводить быструю милитаризацию даже в условиях низких темпов роста населения, пользуясь огромным пулом безработных. В итоге уровень безработицы в Германии упал до 0.9% в 1939 г. Уровень безработицы в ЕС сейчас около 6%, поэтому с учетом нерастущего населения, у Европы просто нет человеческих ресурсов для быстрой и масштабной милитаризации. Если конечно не допустить, что Европа каким-то образом заставит воевать мигрантов, которые бегут туда наоборот за мирной жизнью на пособии.

Конечно, сейчас для быстрой ремилитаризации с учетом гораздо более высокого уровня производительности рабочей силы Европе не требуется повторять 10+ кратный рост занятости в производстве вооружений довоенной Германии. Но с учетом относительно скромных планов по увеличению финансирования оборонных расходов (см наш предыдущий пост) понятно, что существующие демографические ограничения также не поддерживают высокую вероятность того, что Европа способна перейти к сценарию эскалации.