Раньше я читал с нарциссизмом. Я хотел видеть себя в том, что читал. Я хотел найти свое племя, свою нишу, свою группу идентичности. У меня были мучительные отношения с моей беспородной идентичностью, я не чувствовал себя ни настоящим китайцем, ни американцем, ни, видит Бог, точно не итальянцем. Но 9 дней назад что-то произошло - я полностью смирился со своей непринадлежностью, или тем, что лаканианцы назвали бы моим конститутивным отсутствием/отчуждением. Я избавился от защитной части своей личности и стал любопытен к миру. Теперь различия интересуют меня гораздо больше, чем одинаковость. Меня не мучает вопрос о доме, я не трачу энергию на то, чтобы чувствовать себя не в своей тарелке повсюду. Раньше я чувствовал себя так, как будто я терся о каждый контекст, в котором я находился. Теперь мне просто интересно... Я могу заинтересоваться практически чем угодно - историей Португалии, тонкостями финансов, персидской поэзией, гусеницами-коллекционерами, советским кино, чем угодно. Как только я отпустил стремление к принадлежности, я смог относиться к миру свободнее, ведь значимость чего-то лично для меня больше не имела значения.