«Чтобы быть бездомным необязательно быть бомжом».
Это осознание нагнало меня в центре большой столицы.
Был период скитаний, зовущихся кутежом -
для меня. Для других - наступала пора влюбиться.
В переходе на летнее город совсем ожил.
Я плыла по нему без намеченных встреч и плана.
И мелькали прохожие люди как витражи,
погруженные в спутников либо стекло экрана.
Был июнь, как река, сверху тёплый, а глубже - стынь.
Колкий ветер кусал опалённую солнцем кожу.
И пустой человек, сам обрёкшийся быть пустым,
покидал мои мысли, практически не тревожа.
Я текла через центр, и это и был мой путь.
Речь идёт о дороге масштабней Большой Ордынки.
Путь, который пройти в одного да и не свернуть
представлялось почти невозможным малышке-рыбке,
так легко застревающей в омутах чуждых рек.
Так бывает, в моменты отчаянья и расстройства,
вдруг меняется призма. И всё, ты спокойней всех,
и как будто бы понял всю жизнь и её устройство.
Вечерело. Москва одевалась в пастельный флёр.
Зелень жадно хватала последние блики солнца.
Боль недавнего времени скрылась, как страшный сон.
— Как теперь твоё сердце? Разбито? Закрыто?
— Бьётся.