Что значит для россиян новый Пакт ЕС о миграции

Координаторка inTransit дала большое интервью Republic – о том, как меняется система убежища и почему россиянам и гражданам других стран станет еще сложнее получить защиту в ЕС.

— 12 июня в силу вступил новый Пакт ЕС о миграции. Что в нем нового для людей с российским гражданством, и как он на них скажется?

— Если коротко: все новое и скажется плохо.

Это большая реформа правил предоставления политического убежища в ЕС, которая долгое время проходила согласования в Еврокомиссии и Европарламенте, они этим занимались более 10 лет. Пакт приняли два года назад, а сейчас началась его имплементация, которая должна завершиться за год.

В первую очередь изменились так называемые приграничные процедуры. Теперь при пересечении границы просители убежища будут проходить обязательный скрининг, который включает предварительный анализ кейса. При границе должны быть созданы специальные центры закрытого типа, где люди будут находиться, пока их дела рассматривают. Если раньше они во время соискательства могли относительно свободно перемещаться, то теперь будут изолированы от мира.

— Очень похоже на американские детеншены.

— Да, это все очень похоже на американскую систему. И непонятно, как люди смогут оттуда связываться с юристами и правозащитниками, сколько времени будет даваться на звонки, будут ли там интернет и устройство, чтобы отправлять имейлы, и так далее.

Но, наверное, главное новшество — это ускоренная процедура рассмотрения дел. На первичном скрининге будут решать, по обычной или по ускоренной процедуре будет рассмотрено прошение. И в ускоренную процедуру попадают, во-первых, все граждане так называемых безопасных стран, а также тех стран, граждане которых в предыдущий год получали меньше 20% одобрений при запрашивании политического убежища. И все россияне попадают в ускоренную процедуру.

— Что такое ускоренная процедура и чем она плоха?

— Рассмотрение кейса должно уместиться в 12 недель — это очень быстро. Соответственно, есть большой риск того, что такие кейсы будут рассматриваться не так внимательно, и количество отказов кратно вырастет. Это то, о чем говорят правозащитники. Помимо россиян в ускоренную процедуру попадают люди, которые сообщили о себе ложные сведения, люди без документов и те, кого, по данным предварительного скрининга, сочли угрозой национальной безопасности.

— Что это за безопасные страны, чьи граждане еще идут по ускоренной процедуре?
— Проще перечислить небезопасные — то есть те, чье граждане попадают в обычную процедуру. Это Сирия, Афганистан, Эритрея, Сомали, Йемен, Иран, Палестина, Судан, Мьянма.

— Почему такой низкий процент одобрения у россиян? Кто эти 82% просителей, которые так испортили статистику?

— Важно, что в Пакте речь идет о статистике первичных обращений. Если люди сначала получают отказ, а на апелляции одобрение — это не учитывается. При этом в Германии, например, Федеральное ведомство по вопросам миграции и беженцев (BAMF) старается на входе всем отказать. Процент людей, которым сразу одобрили политубежище, в прошлом году резко снизился — в 2023 году у россиян было 30% одобрений на первичных подачах, а в 2025-м — 7%.

— Возможна ли при ускоренной подаче апелляция?

— Законодательно она предусмотрена, но технически почти невыполнима. Раньше на обжалование отказа давалось 30 дней, а сейчас срок сократили до семи дней. За которые человек должен успеть получить решение, найти юриста, составить обжалование, отправить его — люди и за 30 дней этого сделать не успевали. В общем, это все приведет к тому, что человек должен быть готовым к обжалованию и пересекать границу с полным пакетом всех документов, доказательств, подтверждений, с нанятым юристом и окруженный правозащитниками. И только тогда у него будет хоть какой-то шанс получить одобрение.

Читать интервью целиком →

🟨 Поддержать inTransit | Обратиться за помощью