В последние дни коллеги подняли вопрос о перспективах угольной отрасли в России. Вставлю и свои 5 копеек.

За последние 10-15 лет география рынков сбыта российского угля кардинально сменилась. В 2011 году 6 из 10 топовых импортёров (не считая офшорного Кипра) были европейскими странами, а Китай едва входил в десятку. Уже в 2021 году, до всех масштабных санкций, около четверти поставок приходилось на Китай, а в топ-10 входило 5 азиатских стран. Естественно, с 2022 года доля стран АТР стала ещё больше.

В свою очередь, география добычи угля меняется не так быстро. Почти весь российский уголь добывается в Сибирском и Дальневосточном округах. При этом на Сибирь приходится 80% добычи (из которых до 65% приходится на Кузбасс), а Дальний Восток с 2018 года увеличил свой вклад с 12,6% лишь до 20,4% к 2023. А спрос в странах Азии за это же время вырос сильнее.

И до 90% всего угля, экспортируемого на восток, идёт аж до портов Тихого океана: логистическое плечо с Кузбасса достигает 6-7 тыс. км. Это порождает две проблемы.

Во-первых, перевозка такого дешёвого груза, как уголь, на такое расстояние по суше рентабельна только при субсидировании тарифов на перевозку, что и происходило — много лет убытки государственной РЖД превращались в прибыли угольщиков.

Во-вторых, на уголь приходится до половины всех грузов, перевозимых по многострадальному Восточному полигону, в расширение которого под всё новые прогнозные мощности вкладывают гигантские средства. Окупится ли это расширение перевозками угля — сомнительно.