🧸 Слова Томаши заставили Тедди нахмуриться, однако в его глазах не читалось злости по отношению к самому юноше. Да, даже не так, не было там никакой обжигающей агрессии, скорее наоборот — тяжёлое недоумение, осуждение и праведный гнев, удерживаемый в ежовой рукавице.

— Вживую? Это что Вас взаперти удерживали? А теперь ещё и судят? Грубое нарушение детских прав. Мама и папа должны следить за вами, но совсем не так. Вы-то должны учиться, играться в хоккей всякий, кататься на санках, а не все эти бумаги и цифры. Они-то тоже будут, но позже. Взрослым их уже хватает.

А вот говорить о чём-то настолько серьёзном с Валей Тедди не стал. Вместо этого он постарался сделать лицо попроще — и улыбнулся, легонько пожимая лапку медведя.

— Приятно познакомиться, Мери. Вы очень хороший маленький медведь.

От приятного нового знакомства Теодора отвлекли сообщения. Они напомнили ему о Кэсс — дорогой, но ходячей проблеме.

— Уй!.. — схватившись за голову, он издал довольно забавный звук, — У меня тоже есть брат, ребята. И за ним глаз да глаз — придётся обратно возвращаться. Мне вас до комнат сопроводить?