… Все происходящее, что ни день, все больше напоминает мне геймановский рассказ про черного кота (в переводе у нас он иногда так и называется «Черный кот», а иногда «Цена», что соответствует оригинальному The Price).

* да, да, возможно, Гейман говнюк, но книги его хуже от этого не стали, и я по-прежнему хочу, чтоб они у меня были. Давайте поговорим о Бенвенуто Челлини, Леонардо и прочих?

Итак. В маленьком, на пару страничек рассказе в дом приблудился роскошного вида черный кот, который на глазах перестает быть ухоженной шелковой зверюгой и превращается в пожеванное в неизвестных драках средоточие ран. Хозяева ахают, лечат его, но толку чуть, кот продолжает по ночам драться и днем зализывать раны. Наконец глава семьи (рассказчик, как бы сам Гейман) в ночи садится смотреть на сад в бинокль ночного видения, чтобы понять, что за дикие звери так кошмарно рвут кота.

...И видит самого дьявола, который воплощением ужаса приближается к дому. И тут маленький храбрый кот кидается дьяволу наперерез и не пускает его, - как, видимо, делает ночь за ночью. На момент рассказчик встречается с дьяволом глазами, и понимает, что да, все это происходит по-настоящему, прямо сейчас, и что дьявол его тоже видит… но потом дьявол исчезает, а кот покрыт новыми ранами.

Так вот. Обычно мне кажется, что я этот самый кот. Но sometimes when the night is slow, The wretched and the meek, я думаю – а вдруг это они меня заслоняют?

И еще думаю – Гейман, ё моё, бери молоток, или ноутбук, или канделябр, или доску для стирки, или печатную машинку, или что там у тебя есть - и иди дробить рожу дьяволу. Помогай коту. По-другому не работает.