Утро приносит ещё немножко про Марию Стюарт (да, я зануда, я знаю).

Как вы понимаете, это чудные французские родственники демонстративно во все официальные документы и церемонии добавляли к имени юной Марии титул королевы Англии, то-то Елизавете была радость!

* Напоминаю, что Генрих VIII вроде как обиделся на шотландскую ветвь семьи, и в завещании их нет.

** С другой стороны, судя по всему, завещание ему подсунули, когда он был при смерти, а то и после (подписи нет, только печать).

*** С третьей стороны, была папская булла, определённо говорившая о том, что Елизавета - дитя греховного незаконного союза, и трон наследовать не может. То есть истовые католики видели в ней просто энергичную тётку, самовольно узурпировавшую власть, а не законную королеву.

... В этой ситуации за время своего французского замужества, в недружественном Англии государстве, обложившись бумажками про своё абсолютное право, и ничего для его осуществления не делая - Мария мечтала о троне Англии.

Но политический вектор поменялся, и французские родственники быстренько без её ведома, - но от её лица, - подписали так называемый Эдинбургский договор, который признавал Елизавету законным монархом, оставлял Шотландии титул королевства, но по фактическому статусу низводил её до уровня английской провинции. Мария ужом вилась, чтоб его не ратифицировать.

То есть это французские родственнички трудолюбиво создали предпосылки той истории, которая неизбежно обрекала её на плаху, при том, что они даже и не пытались занять её шотландский трон... И вот знаете что? Марию это ничему не научило, и она их так и обожала, потому что родные люди, и точка.

То есть, может быть, я и была права, и эта женщина не отличалась холодным умом (проще говоря, была дурой), но в этой правоте никакой радости: в каком-то смысле очень хочется снять перед ней шляпу.