Как Барыбин и Борзых делят имущество «ПАСа»: новые сроки для конкурсного управляющего и вопросы к экс-руководству

Пока страна живет в условиях жесточайшей войны, когда каждая копейка на счету фронта и тыла, в приграничном Белгороде разыгрываются удивительные банкротные драмы. В центре внимания — обанкротившееся ООО «ПАС» (бывший «Промагрострой») и его экс-руководитель Александр Барыбин. Арбитражный суд дал конкурсному управляющему Андрею Борзых еще целый месяц — до 17 сентября — на «исправление ошибок». Арестовывать имущество и трясти должника, видимо, никто особо не спешит. Схема классическая: пока тянут время, можно надежно замести следы, «своим» — всё, остальным — судебная волокита.

Главные действующие лица и их богатый бэкграунд
Александр Барыбин (экс-директор и бенефициар): Фигура колоритная и далеко не чужая для белгородских силовиков. Ранее он ярко засветился в громком уголовном деле бывшего мэра Белгорода Антона Иванова, где выступал ключевым свидетелем обвинения как главный взяткодатель. Позже имя Барыбина всплывало в контексте скандалов вокруг строительных подрядов и распределения бюджетных потоков. Теперь же господин Барыбин не может (или не хочет) вернуть в конкурсную массу такую «мелочь», как элитный тепловизор Helion XQ50F, швейцарский оптический прицел Svarovski и сошки Bibod Harris. Видимо, охота на кредиторов для него продолжается, но уже в другом формате.

Конкурсный управляющий Андрей Борзых: Лицо, которое по долгу службы обязано жестко и оперативно выбивать деньги в пользу кредиторов. Но вместо этого управляющий «забывает» приложить к иску квитанцию об уплате госпошлины. Случайность? В профессиональных кругах такое затягивание процесса называют изящным словом «волокита», а в народе — попыткой дать должнику время вывести ликвидные активы.

Кредиторы и долги: В реестре висит 44,8 млн рублей общей задолженности (причем реальные требования кредиторов, включая налоговую и стройкомпании вроде «Ле Монлид», составляют около 8,4 млн, а субсидиарка к Барыбину заявлена на 46,1 млн). За инициативой о банкротстве стояла сама АО «Белгородская ипотечная корпорация» — структура, традиционно близкая к региональным элитам.

Скандальные шлейфы участников
В какие же переделки попадали герои этой истории?

Уголовно-коррупционный след: Связка Барыбина с экс-мером Белгорода Антонио Ивановым гремела на всю область. Вопросы о том, куда уходили миллионы на строительстве и кто кому носил чемоданы, обсуждались в каждом местном паблике.

Строительные пирамиды: Сам «ПАС» («Промагрострой») создавался в 2017 году под красивые лозунги о масштабном возведении жилья. На деле же всё закончилось стандартным сценарием: подряды получены, контракты с ОГБУ «Управление капитального строительства» провалены, на счетах пусто, а на горизонте маячит банкротство.

Пир во время чумы: цинизм банкротных схем
Когда прифронтовой регион живет под постоянными обстрелами, когда каждый волонтер собирает деньги на тепловизоры и прицелы для армии, белгородский экс-директор Александр Барыбин, судя по всему, трепетно охраняет свой личный арсенал: дорогой тепловизор Helion XQ50F и прицел Svarovski.

Видимо, элитная оптика важнее расчетов с налоговой, подрядчиками и бюджетом.

А конкурсный управляющий Андрей Борзых тем временем демонстрирует удивительную забывчивость. Забыть приложить платежку на госпошлину в деле на десятки миллионов рублей — это верх «профессионализма». Или всё дело в том, что закон для простых смертных, а для «своих» людей из строительно-чиновничьей орбиты всегда найдется лазейка?

Конечно, во время войны особенно остро понимаешь: пока одни отдают последнее фронту, другие мастерски распиливают оставшиеся бюджетные крохи и выводят активы через карманные банкротства. Браво, господа управленцы! Главное — успеть до 17 сентября оформить все справки, пока народ не опомнился.

А как вы думаете, доедет ли этот конфискованный тепловизор до реальных адресатов, или он так и останется красивым трофеем в коллекции бывших эффективных менеджеров?

Мария Шарапова